Ещё недавно она думала так о другом человеке… Ениане, сыне герцога Тулианского, который служил при дворе его отца. Отец предупреждал её, что Ениан и его отец были замечены в кругу заговорщиков против трона, что они, возможно, что-то задумали… Тайная полиция пока не может точно сказать, нет доказательств, но тучи сгущаются и, возможно, уже очень скоро что-то произойдёт.
Но она упрямо отрицала доводы отца, полностью доверившись своей любви и способности разбираться в людях. Отец в какой-то момент и сам поверил, что ничего не случится, ведь он так доверял дару дочери…
За день до побега она заметила какие-то неуловимые изменения во взгляде Ениана. А уже в дороге полностью разглядела в видениях и ужаснулась тому, что ей уготовано…
Можно было попробовать скрыться, когда они остановились в таверне на подъезде к Лазурным скалам. Но она всё ещё не верила… надеялась, что Ениан одумается, ведь он так сладко улыбался ей и говорил заветные слова. А ещё она так глупо понадеялась на свою мгновенную реакцию и умение владеть мечом… И на свои видения, в конце концов, которые, как ей казалось, в случае чего, предупредят её в нужный момент и покажут путь спасения…
Но ей ничего не показали. Её застали врасплох. Их было слишком много, один её меч против сотни мечей в сильных мужских руках… А с дороги, окруженной отвесными скалами, был только один выход — лезть на эти самые скалы…
Потом были только ужас и чернота. Её куда-то тащили… Ухмыляющиеся лица насильников, ухмыляющееся лицо Ениана… Какой-то большой зал для пиршеств, где она плюнула в лицо главарю, державшему её за волосы, и расквасила ему нос какой-то тяжеленной посудиной… После этого её принялись жестоко избивать, но это был выход — она надеялась, что наконец-то отключится от жуткой болезненной реальности… И она действительно отключилась, но не уходила. Что-то держало её тут. Сквозь звон в голове она увидела чёрных магов из Нордвинтера, испепеливших добрую половину разбойничьей шайки. Потом почувствовала, что её опять куда-то несут.
И, в конце концов, её оставили в покое, уложив на что-то мягкое, где она и погрузилась в сон, состоявший из тягучей тьмы. Имя этой тьме — Разочарование. В любви, в жизни, в себе. В высших силах, которые посылают видения, спасающие всех, кроме неё самой. Боль, сопровождающая тьму по имени Разочарование, была невыносимой, и Ариана знала, что скоро уйдёт.
Но её позвал голос. Голос, которому она сразу поверила. Голос, который хотелось слушать бесконечно… Голос, в котором были яркие краски. Настолько яркие, что все болезненные воспоминания Арианы стали просто бледным серым пятном на полотне её памяти…
И теперь, глядя на каменистую дорогу и серые холмы, устланные бледно-желтой травой, слушая угрюмые голоса чёрных магов и звонкий смех целителя по имени Макариус Росс, она отчётливо понимала, как сильно ей хочется жить!
Жить просто ради того, чтобы слышать этот смех и голос… И ради того, чтобы сказать спасибо, тому, кто вытащил её из тьмы.
Вечером, когда они уже приехали на постоялый двор, и хозяин двора показывал просторную конюшню для лошадей, она, не обращая внимания на косые взгляды чёрных магов, и суровый взгляд командира отряда, подошла к целителю со словами:
— Надо поговорить!
Ответом ей была широкая улыбка и полный восторга взгляд серо-голубых глаз, в которых отражалось небо.
Глава 9. Разговор. Дружеские советы и не дружеские отношения
Максимиан
Утро второго дня пути началось с неприятного разговора.
— Девчонка подсела на твою светлее светлого магию!
Джас был мрачнее тучи, а фразу «светлее светлого» произнёс, копируя слова и тон голоса Мака.
Во время вчерашней стоянки посреди полей им всё-таки удалось уединиться и у Мака даже получилось кое-что рассказать своему другу о светлых ментальных исцелениях. Пару раз он употребил тогда фразу «светлее светлого», когда пытался отшутиться от настойчивых вопросов Джаса о сути исцеления Арианы. И вот теперь получил свою шуточку назад в очень некрасивой обертке…
После той обеденной остановки Джас был доволен, что ж теперь взбеленился-то? Неужто их вечерняя встреча с Арианой на глазах у всех так на него повлияла…
— Убрал бы ты от неё свои клешни, — меж тем гнул свою линию Джас, — или как там это у вас называется?.. Принцессы выходят замуж за принцев… а не за беглых преступников. Или ты об этом забыл, Максимиан Фейн?
Услышав своё настоящее имя, Мак вздрогнул и огляделся вокруг. Однако, увидев прозрачный звуконепроницаемый купол над ними, созданный Джасом, успокоился и повернулся к нему.
Нет, это что сейчас было вообще? Демонстрация силы? Что-то вроде: «знание твоих тайн и твоего настоящего имени даёт мне право в любой момент этим знанием воспользоваться… против тебя же», да?
Ну ладно ещё произносить что-то вроде «Максимиан четвертый» на поляне у дома старейшины Аквенира, где, кроме них и надвигающейся тучи никого не было… В Эраноре никто уже и не помнит, кто такой этот Максимиан четвертый — им и его отца Максимиана третьего вполне хватило… А в Нордвинтере вообще никто о таком не слышал.
