Деревня только начинала просыпаться, встречая первые из множества туристических автобусов, когда Септимус и его спутники свернули с главной улицы и направились к старому амбару на окраине. Я последовала за ними, стараясь игнорировать Эмриса, пока мы приближались к ветхому строению и притаились под одним из его треснувших окон.
Стекло было покрыто слоем пыли, но я всё же смогла различить несколько предметов: ящики с сидром и пивом, предназначенные для паба «Экскалибур», лишние дорожные конусы и знаки, а также несколько комплектов доспехов и задняя часть костюма лошади. Земляной запах сена и животных, когда-то обитавших в стойлах, пропитал стены, оставляя слабый след прошлой жизни, когда Нэш, Кабелл и я ночевали в любом укрытии, какое только могли найти.
Не могла разобрать, о чём они говорили, когда Септимус втолкнул Кабелла в одно из стойл, а незнакомый Опустошитель стянул его руки пластиковыми наручниками.
Я закатила глаза и вскоре заметила, что Кабелл сделал то же самое. Как будто Нэш не обучил нас, как разрывать пластиковые наручники и открывать замки на настоящих, учитывая его богатый опыт в прошлом.
В течение нескольких минут никто из нас не шевелился и не говорил. Я старалась не обращать внимания на самодовольное бормотание рядом.
— Ну и что теперь? — прошептал Эмрис. — Не говори, что твой план спасения исчерпал себя на этом героическом этапе.
— Либо заткнись, либо исчезни, — сказала я ему. — Я жду, пока они хотя бы частично разойдутся, прежде чем действовать.
— Понятно, — отозвался он. — Ну, если нам предстоит подождать…
Он повернулся спиной к стене амбара, достал из бокового кармана брюк маленький нож и кусок дерева.
Движения его рук почти завораживали, когда он начал работать. Один за другим опилки падали на землю, а потом он плавно срезал грубую кору и сглаживал жёсткие края древесины.
Я бы ожидала от него какого-нибудь более аристократичного занятия, чем резьба по дереву — что-нибудь вроде охоты на лис или коллекционирования яиц Фаберже, или летнего отдыха на роскошной яхте.
Хотя вряд ли я когда-либо задумывалась, чем Эмрис занимается в своё свободное время.
— Кабелл опоздал на встречу с тобой здесь? — спросил он. — Или его сюда привели?
Я бросила на него подозрительный взгляд.
— А почему бы тебе самому не рассказать? Разве там не приятель твоего папочки?
Его нож замер на полуслове.
Что говорил Финеас в библиотеке? Мы никогда не сможем вырвать это из лап Совета, и тогда нам придётся бояться гнева Эндимиона…
— Если он ищет кольцо для твоего старика, то почему ты работаешь на Мадригал? — настаивала я. — Почему ты не в амбаре с Септимусом и остальными?
— Это не твоё дело, — пробормотал он, сосредоточив взгляд на куске дерева в руке.
— Ты сам сделал это моим делом, — прошипела я в ответ. — Не говори мне, что…
Внезапно голова Эмриса резко поднялась, и прежде, чем я успела среагировать, он схватил меня за запястье и потянул нас обоих прочь от стены.
— Смотри!
Из-за угла показалась девушка, появившаяся из-за соседнего здания. Её косички были закручены в пучки на голове, и на ней всё ещё была её меховая куртка — и, конечно, эта отвратительная набедренная сумка.
Я закрыла лицо рукой и простонала. Мне не привиделось ранее её появление.
Нева. Из магазина таро.
— Эм… — начал Эмрис. — Что она делает?
Она побежала прямо к амбару, решимость читалась в её взгляде. Она резко остановилась в нескольких шагах от стены и бросила пустую алюминиевую банку в стену. На ней было что-то тёмное, почти как…
Она нарисовала на ней сигил заклинания.
— Хм, — удивился Эмрис.
Нева залезла в свою сумку и достала длинный, тонкий кусок дерева. Один его конец был снабжён обсидиановым лезвием, своеобразным атаме, предназначенным для вырезания сигилов, а другой — покрыт серебром для проведения потока магии. У меня в животе всё сжалось от предчувствия беды.
— Палочка, — произнесла я, поднимаясь на ноги.
— Колдунья, — закончил за меня Эмрис, сжимая в руке свой нож.
— Дай сюда, — сказала я, потянувшись за лезвием.
Он отдёрнул руку.
— И дать тебе возможность всадить его мне в бок? Нет уж.
Я успела обернуться как раз в тот момент, когда Нева с улыбкой направила серебряный конец палочки на банку.
— Нева! — закричала я. — Не делай этого!
Но мои слова потонули в оглушительном грохоте, когда давление, высвободившееся из банки, отбросило нас с Эмрисом на несколько футов назад. Я прикрыла голову, когда заклинание разорвало стену амбара на мелкие щепки, не крупнее спичек, которые полетели на нас.
Но ни одна из них не коснулась нас. Я услышала глухой стон над собой, и через мгновение осознала тяжесть и тепло, прижавшие меня к земле. Лицо запылало, и я резко вытолкнула вперёд тело Эмриса, укрывавшего меня.
— Уйди!
Часть крыши, лишившись опоры, с грохотом рухнула вниз, заставив землю вздрогнуть. Колдунья отскочила, её рот образовал изумлённое «О».
Мужчины внутри закричали и зашумели, когда по остаткам здания прокатилась мощная дрожь, грозившая обрушить его полностью.
