— Это лучше, чем римские бани в Алжире, не так ли?
— И нам даже не пришлось взламывать их, чтобы воспользоваться, — ответила я. — Для нас это ново.
Я и не заметила, что Беатрис всё ещё стояла поблизости, пока она не произнесла тихо:
— Эти символы…
Я проследила за её взглядом, остановившимся на татуировках Кабелла.
— Зачем покрывать своё тело проклятыми знаками? — спросила Нева, вытягивая голову из своей купели, чтобы взглянуть. Её косы были аккуратно закручены вверх, чтобы не намокнуть.
— Чтобы напоминать себе, что проклятия темны только в том случае, если их использовать во зло, — сказал Кабелл.
Казалось, Беатрис хотела что-то добавить, но лишь быстро повернулась и поспешила вверх по ступеням с нашей одеждой.
— Ты должна перестать это делать, — прошептала я Неве, подойдя к краю своей купели.
— Делать что? — искренне удивилась она.
— Рассказывать всё прежде, чем мы поймём, как они отреагируют, — сказала я. — Твоя привычка действовать раньше, чем думать, порядком надоела. Нам нужно, чтобы они были на нашей стороне, если мы хотим найти Нэша.
— Ты правда никому не доверяешь, да? — спросила Нева, покачав головой.
— Я доверяю в том, что люди всегда набросятся, если они напуганы, — ответила я. — И что они готовы на всё, если окажутся достаточно отчаянными.
Нева снова погрузилась в воду, облегчённо выдохнув. Чувство вины — моя наименее любимая эмоция — болезненно укололо меня.
— Ты в порядке? — осторожно спросила я. — Этот день выдался для тебя тяжёлым.
Это было сказано слишком мягко. Честно говоря, я повидала немало зла в мире и привыкла ожидать худшего, но даже меня шокировала та ненависть, с которой здесь отнеслись к Неве.
— Да, — твёрдо ответила она. — Но мне станет лучше, когда у меня снова будет моя палочка, и мы найдём Нэша и кольцо.
Я кивнула.
Дело в том, что, проведя так много времени в страхе перед ведьмами и их силой, ты не задумываешься о том, как мир отвечает им на это. Как он наказывает их за ту же самую силу.
Я привела её сюда, в место, где ведьм презирают. Где они в меньшинстве и так же не понимают, что происходит, как Кабелл и я. В место, полное монстров.
Я погрузилась в воду так, чтобы она покрыла мои обветренные губы. Жжение прошло за одно мгновение, но сожаление осталось.
— Авалон — место красоты, — тихо произнесла Нева, уставившись в туман, скопившийся перед ней, и начала декламировать по памяти: — Самое прекрасное из всех земель Иного мира, ведь оно рожденно сердцем Богини, столь же дорогое, как дитя. Рощи полны древних тайн и изобилия золотых яблок…
— А не удушающим запахом неминуемой смерти? — вставила я. Даже для самой себя моя шутка прозвучала раздражающе.
— После всего, что я читала, — снова заговорила Нева, игнорируя мой тон и продолжая смотреть вперёд, — в своём воображении я годами представляла его себе. Для меня это место было столь же священно, как истории, которые тётя рассказывала мне о матери. И то, и другое было одновременно далёким и прекрасным.
Я откинулась головой на край купели. Мокрые волосы упали мне на лицо, обвивая щёку, словно ласковая рука.
— Вам обоим кажется, что это действительно проклятие? — спросила я.
До Ясновидения я чувствовала магию, как изменения в давлении воздуха. Она была аморфной и постоянно менялась. Иногда, с более старыми проклятиями, можно было даже почувствовать ярость или злобу, исходящую от знаков. Но новая способность обострила мои чувства, сделав их богаче, и продолжала развиваться в способах, которые я не могла до конца понять.
— Да и нет, — ответил Кабелл. — Сложно объяснить.
Нева повернулась к нам, выпрямившись в своей купели. Я сделала то же самое, наблюдая за их лицами в странном голубом свете.
— Это похоже на проклятие — холодное и резкое, — сказала Нева, нахмурившись. — Но как будто более сосредоточенное? Я сама себя не понимаю.
— Согласен, — кивнул Кабелл. — Думаю, это друиды и магия, которую они получили от Повелителя Смерти. Она не похожа на ту, что мы черпаем из универсального источника.
Я почувствовала облегчение от того, что мы снова вернулись к нашей привычной манере обсуждения теорий.
Кабелл всегда был более ценным напарником в нашей работе, но я намеренно старалась впитать как можно больше знаний.
— Я мало знаю о Повелителе Смерти, — призналась Нева.
— Есть несколько разных легенд о нём, — сказала я. — По той, что рассказывал нам Нэш, он был могущественным чародеем во времена короля Артура и даже путешествовал с ним и его рыцарями. Но он нарушил клятву и был наказан, став правителем Аннуна — царства душ, слишком тёмных для перерождения. Он стал скорее тюремщиком, чем королём.
— Какую клятву он нарушил? — спросила Нева.
