— Знаешь, Тэмсин, — начала она, — наша Верховная Жрица, да восстановит богиня её душу, всегда говорила, что если ты ожидаешь провала, то приглашаешь его с распростёртыми объятиями, потому что не можешь вынести боли надежды или возможности успеха. Но скажи, становится ли легче от того, что ты оказалась права?
— Нет, — ответила я, ощущая, как боль в голове с каждым вдохом становится всё сильнее, — но, по крайней мере, ты готова.
***
Пока меня не было в спальне, кто-то успел зайти и выйти. Моя старая одежда — всего лишь свитер и рубашка, так как штаны превратились в лохмотья — была выстирана, как обещали, и аккуратно сложена на столе перед камином.
Но на ней лежало что-то ещё. Я прищурилась, разминая шею, и наклонилась ближе.
Это была маленькая деревянная птичка. Тщательно вырезанная фигурка, едва больше моего большого пальца, но удивительно детализированная. Хохолок перьев на её голове…
Это был жаворонок.
Её деревянные глаза смотрели на меня с какой-то странной осмысленностью, а клюв был приоткрыт, словно она собиралась вдохнуть перед полётом. Фигурка ощущалась тёплой в центре моей ладони, её края врезались в пальцы, когда я сжала её в кулаке и прижала руку ко лбу.
Мне нужно было найти Кабелла, потом собрать остальных, чтобы продолжить разговор — убедить Неву отказаться от нелепой идеи о том, что эту землю можно спасти. Найти карту острова и выяснить, где нас выбросил портал ведьмы. Разработать план побега от Детей, а затем запасной вариант на случай провала первого. Добыть дополнительные припасы и еду, чтобы спрятать в наши сумки, и надеяться, что никто не заметит их исчезновения.
Но ни Кабелла, ни Эмриса не оказалось в их спальне, как и в главном зале башни — там были только мужчины и женщины, занятые за ткацкими станками, плетущие простые ткани или одеяла.
Звяканье металла о металл наконец вывело меня во внутренний двор, где воздух всё ещё пахнул дымом.
Сначала я заметила тёмные волосы Кабелла, затем кожаную куртку. Он стоял один, облокотившись предплечьями на изгородь тренировочного ринга, и пристально наблюдал за тем, как Бедивер ведёт группу мужчин и женщин через серию упражнений с деревянными мечами.
Старый рыцарь показывал движения своим стальным мечом, взмахивая клинком одной рукой с точностью и уверенностью. На потерянной руке он всё ещё носил металлическую перчатку и использовал её запястье, чтобы упираться в рукоять меча.
Я бросила взгляд на неуверенных новичков, подойдя к Кабеллу. Они выглядели озадаченными тем, что объяснял Бедивер, неуклюже держали тренировочные оружия, будто всю жизнь таскали арфы и флейты, а не мечи.
Чуть дальше Кайтриона и ещё несколько человек занимались своей тренировкой. Я ошеломлённо наблюдала, как Арианвен раз за разом попадала в центр своей мишени, выпуская четыре идеально направленных стрелы.
Позади неё Беатрис перекатывалась кувырком по земле, бросая серию ножей в своих мишеней — грубых манекенов, напоминающих человеческие фигуры. Они уже были в плачевном состоянии, с торчащим из тканевых чехлов сеном, но она умудрилась обезглавить один манекен и выпотрошить другой. Солома дождём посыпалась на землю, когда они рухнули.
Кайтриона работала с сияющим длинным мечом, её лицо раскраснелось и блестело от пота. Она двигала тяжёлое оружие плавными восьмёрками снова и снова, меняя только высоту и скорость атаки. Её ноги двигались легко и стремительно, оставляя спиральные узоры на пыльных камнях.
— У тебя случайно не завалялся термос с кофе? — спросила я, больше умоляя, чем просто задавая вопрос.
Кабелл бросил на меня извиняющийся взгляд.
— Ты же брала пакеты с собой?
— Их испортил дождь и грязь, — простонала я.
— Может, у них есть чай? — предложил он.
Я посмотрела на него с таким отвращением, что он понял, что ответом это считать нельзя.
— Утром что-нибудь интересное произошло? — спросила я.
— Видел Неву, она помогала на кухне. Потом познакомился с Лоури — одной из Девятерых. У неё клубнично-рыжие волосы, и она ещё выше Кайтрионы.
Я кивнула. Я видела девушку в башне — её плечи и руки выглядели невероятно мускулистыми.
— Лоури работает в кузнице с гномом Ангарад, — сказал Кабелл, словно читая мои мысли. Потом добавил с сарказмом: — Остальные даже не подходят близко ко мне. Не представляю, почему.
— Ты действительно пахнешь так, будто спал рядом с мокрым ослом, — сказала я ему.
Он не рассмеялся.
— Они тебя примут, — продолжила я, чувствуя, как саднит горло. — Они увидят, кто ты на самом деле.
— Да? — спросил он, вертя на пальце стопку серебряных колец. — И кто же?
— Замечательный человек, которому досталась неудачная карта, — ответила я, бросив взгляд, который явно запрещал ему возражать. — Который, возможно, пахнет ослом, но обладает золотым сердцем.
Он едва улыбнулся.
— Спасибо, Тэмс.
— А теперь, — сказала я, понизив голос, — нам нужен план.
Кабелл отвернулся от тренировочной площадки, скребя пяткой сапога по земле.
— На самом деле нам нужно то, что нам всегда нужно в начале любого дела, — информация. О самой башне и о том, есть ли хоть малейший шанс на длительные вылазки за её стены.
