- Я всё ещё люблю память о тебе, - тогда сказал Эрвин. - Но я помню! – крикнул он, указывая на её гроб, – вспоминаю во сне, когда заботы отступают, как ты любила Солнце! Иди. Я отпускаю тебя.
Тогда Лелия улыбнулась. Другой, не его улыбкой. То была знакомая всем carere morte усмешка Бездны:
- Только прикажите, куда идти, господин.
- Выйди и встреть гостя, высочайшего из всех, кто когда-либо посетит этот дом: Солнце, - еле выговорил Эрвин.
Лелия послушалась. Она выполнила его приказ с похвальной точностью, и её пыль кружилась в воздухе, поблёскивала искорками, встречаясь с лучами Солнца, до самого вечера. Эрвин пережил Лелию всего на одну ночь. Этой последней ночью он сжёг её страшный гроб, сжёг весь свой дом. Но, бессильный сжечь свою память и свою вину, он встретил следующий рассвет там же, где его любимая».
Винсент задумчиво отложил раскрытую книгу. Он неподвижно сидел в кресле, а рядом на столике догорала свеча. Библиотека погрузилась во мрак, и он очнулся.
- Есть ещё пять дней! – сквозь зубы пробормотал он. – Пять дней! Обдумай всё, как следует!
Винсент поднялся, преувеличенно беззаботно насвистывая, поднял саквояжик и достал колбу. Чуть помедлил, но промедление было не отражением его сомнения – картинный жест: «Смотрите все!» Потом вылил всю воду на ковёр и зашвырнул стекляшку в дальний угол.
Легким шагом он покинул комнату и вышел в холл. Здесь слух вампира уловил биение живого сердца.
В холле была девушка. Винсент слышал это нелепое поверье в детстве: будто зеркало Регины Вако в холле их дома способно показывать судьбу. Дом стоял пустым и незапертым несколько лет и сюда захаживали авантюристы, чтобы потерять и найти себя в тёмных зеркальных глубинах.
Девушка была маленькая и совсем юная – вероятно, выпускной класс лицея. Светловолосая, в светло-голубом атласном платье – пятно света, перед которым расступилась густая темнота старого дома. Сосуд сияющей жизни. Она кралась по холлу, ничего не видя вокруг, бесстрашно вглядываясь в далёкое разбитое зеркало, не зная о его способности забирать души.
- Пришла посмотреть в моё зеркало? – громкий шёпот Винсента разнёсся по холлу, наполнил его, стих. Девушка заметалась, но, увидев вампира, остановилась, прижав руки к груди. Её сердце заходилось от испуга.
- Кто ты? – крикнула она. Высокий, красивый, светловолосый и очень бледный юноша не ответил, лишь приблизился.
- Вампир… - прошептала она. Её взгляд уже затуманился: чары carere morte действуют быстро. Винсент чуть улыбнулся: пожалуй, ему нравится эта игра!
- Не говори «вампир». Кто это, вампир? - – мифическое существо, жалкое ночное создание, паразит, питающийся кровью. Говори carere morte – победивший старость и смерть, вечноживущий, бессмертный. Владыка северных земель. Бог.
Он позволил крылатой тени на мгновение обхватить тело. Текучая тьма отняла у воздуха всё тепло. Девушка задрожала от неожиданного холода и стряхнула дурман чар.
- Не подходи! - взвизгнула она и умчалась. Винсент не пошёл за ней.
«Завтра вернётся», - он вновь позволил себе улыбнуться.
Он остался в холле. Поглаживая резную раму зеркала, он неотрывно глядел на входную дверь. Скоро та распахнулась. Маленькая светловолосая дама стояла на пороге дома Вако.
- Тётушка! – Винсент улыбнулся, искренне. – Проходите.
Мира вскинула на него глаза, прозрачно-синие и тревожные:
- Мне нужно было оповестить тебя о визите. Я опять собралась в Карду спонтанно…
- Что вы, тётушка! Я ждал вас.
Он проводил её в гостиную. Вампирша вздрогнула и окаменела, когда он легонько коснулся её плеча. Она всё ещё боялась быть прогнанной, боялась новых злых слов, и Винсент поторопился заверить:
- Я очень рад встрече. Правда, Мира.
Он принёс в гостиную все светильники, что были в доме, усадил Миру в мягкое кресло и она успокоилась, радостно вздохнула:
- Дома…
- Какие новости в столице, тётушка? Я слышал, Латэ нашёл вам интересное занятие.
Губы вампирши искривились – она беззвучно смеялась:
- Ты не поверишь…
Глава 8
ТРЕНЕР
- Так значит, новички на мне будут учиться охотиться на вампиров? – вежливо осведомилась Мира, после того как некий Алекс Кустос закончил читать очередное распоряжение главы ордена.
Она хотела вложить убийственную ярость в свой тон, но ярости не было. Только эта усталость и ещё удивление – свидетельства её очередной слабости: она огрызается, но согласится.
Это понимал и охотник, молодой человек лет двадцати пяти с грустными тёмно-серыми глазами. Орлиный профиль выдавал уроженца южного Патенса.
- Да, именно, - кивнул он и уточнил. - Если вы согласитесь выступить в роли тренера. Тренировки для новичков очень важны. Подобная практика у ордена была и раньше. Никакого ущерба вашему… здоровью нанесено не будет.
Она раздражённо дёргала головой на каждую фразу, только этим выражая несогласие. Слов не находилось.
- Кроме того, и вы сможете освежить навыки, - заявил в заключении охотник.
- Я подумаю, - пообещала Мира. Она уже знала свой ответ:
«Да». Глупая мышка сама пришла в мышеловку. Так делайте, что хотите!
Чудесная картина! Трое охотников и против них одна вампирша.
