— Поверь, я сдерживался. И пугать тебя не хотел, и без пассажира она летает быстрее. Груз, как-никак. Летала.
— Это что, я такая толстая, что твою тачку замедляла?
— Ты не толстая, Рыбка! — Серёга понял, что прошёл по краю. — Ты лучшая! Но для спортивной машины каждый килограмм имеет значение.
— Погоди, ты со мной до двухсот десяти разгонялся, а один что, еще быстрее?
— Гораздо. Моя Акула позволяла. Сейчас такие уже не делают. Или не за такие деньги.
Мы тоже где-то в глубине души считаем, что разговаривать про машины со своей девушкой, которую не видел уже давно, идея так себе. Но подсказать герою или вложить свои идеи в его голову возможности нет. Не поссорились ребятки, и ладно. Тем большего уважения заслуживает его боевая подруга. Она не понимала, зачем Серёга там, чем занят, зачем вообще это всё, но как могла оказывала моральную поддержку Санталову. Рита оказалась девушка умная и понимала, что обсуждать политику по телефону еще глупее, чем трындеть про автомобили. Может, Серёга и впрямь воет в своих дальних далях, сидя в окопах, или где там еще сидят солдаты на войне. Или на невойне, как официально объявлено. Редкие попытки вникнуть в эту самую политику оставляли в её душе недоумение: по словам президента, Россия ведет войну со всем западным миром, но с Украиной у нас просто спецоперация.
Ответка полковых БПЛАшников прилетела неожиданно и совсем не в той форме. Серёга ждал, что они вернут после изучения один из трофейных аппаратов. Ему хотелось прибрать к рукам тот, с тепловой камерой и кейсом. Но нет, сначала его выдернули на трёхдневные курсы операторов дронов, на которых знакомили со «российской» разработкой, собранной из китайских компонентов, и просто рассказали много интересного и нужного. Что можно узнать за три дня? По минимуму, конечно, но знакомство с техникой состоялось. Мало этого, на Серегин взвод даже выделили два аппарата. Были они неповоротливыми в плане управляемости, гробами в плане эстетики, вернее просто ящиками, имели маленькое время полета и… Они худо-бедно летали, а еще оснащались глазастыми камерами. Самое то на безрыбье, по нашему скромному мнению. Серёга тоже посчитал, что если сравнить с Мавериком, то у местных Кулибиных получилась полная хрень за очень большие деньги. А если взять в расчет, что на пять человек его взвода сейчас всего один коптер, и тот личный дрон комбата — то вообще нормально всё! Как говорится, если у дрона есть винты, значит он взлетит. А если взлетел, то непременно сядет.
Говорят, беда не приходит одна. Подарки тоже, как оказалось, имеют привычку сыпаться стаями. За короткое время вслед за квадрокоптерами на Санталова свалились бронежилеты, бухта силового кабеля, которого хватило, чтоб дотянуться от ППД до его логова и даже антенный усилитель к имеющемуся у него китайскому аппарату. То ли комбат отсыпал из своих средств недрогнувшей рукой, то ли ему кто помог из России, Серёга не интересовался. У него есть начальство для обеспечения нужным, у начальства есть Серёга для результата. Свой генератор, излишне мощный и жравший бензин как проглот, был заглушен, на уши навалилась непривычная тишина. Оказывается, когда за стенкой постоянно ревет двигатель, ты перестаёшь его слышать. А когда он глушится, начинаешь сам глохнуть от тишины.
Генератор был у них приблудный. Не трофей, но почти. Во время одной из вылазок по поиску места для обустройства их логова (словечко прижилось), парни наткнулись на расстрелянные синие «Жигули». Судя по запаху, машина погибла недавно, а судя по отсутствию крови — больше никто не погиб. Даже бензогенератор, найденный в багажнике, был жив. Легкое проникающее ранение в бензобак не считается: чопик из обломка ветки воткнул и пользуйся. Поспрошав соседей, Санталов узнал, кто из смежников потерял транспорт. Оказалось, батальон, уходящий на отдых и доукомплектование, попал под обстрел так удачно, что потерял только эту машину, бойцы почти не пострадали. И нет, у ушедшего батальона не возникнет никаких претензий к факту приватизации генератора. Жалко только, что агрегат оказался слишком мощный.
Если бы кто-то из посторонних увидел Логово изнутри, то не удержался бы от хохота. Представьте себе спартанское жилище секретных разведчиков, снизу доверху оббитое черной пленкой. «Стойка» для автоматов, помост для броников и прочей снаряги, место приема пищи — это все нормально. А потом взгляд переходит на спальное место. Вернее, на место для сна. Четыре трапика со спальниками и одна постель. Нормальная постель с дощатым ложем, матрасом, одеялом и… постельным бельём! А вот восхотелось Серёге нормального сна, кто его упрекнет? За три дня на учёбе он успел организовать покупку и доставку матраса из какого-то современного материала, одеяла и прочего барахла, обычного для нормального человека. Сибарит и любитель роскоши, Серёга один знал это слово, а потому во взводе его никто сибаритом не обозвал.
