— Может, объяснишь наконец, что произошло? — спокойным тоном спросила я. — Ты использовала древний ритуал жизни. У меня теперь перед тобой — долг жизни, не обычный долг жизни, который можно выплатить, а магическая привязка к ауре, которую не снять. Такая связь — на всю жизнь. Я не понимаю, откуда ты знаешь ритуал, но он используется лишь в том случае, если двое являются… — кимусаби замялся, но потом пояснил: "Если двое любят друг друга, а один из пары находится при смерти. Этот ритуал сильнейшая магическая привязка, отпечаток этого ритуала и твоей ауры останется со мною на всю жизнь. А аура у тебя — человеческая. И ритуал не утаить и заявить, что я просто случайно перепутал тебя с эльфийкой теперь не получится. Такой ритуал, который ты использовала, его не проводят для случайного знакомого, ведь ты не просто поделилась со мною жизненной энергией, ты отдала несколько лет своей жизни для почти незнакомого тебе парня. А то, что я этот дар принял, подразумевает, что ты мне тоже нравишься, иначе моя аура отринула бы дар — даже когда я находился в бессознательном состоянии. Это — древняя магия, я и сам всего не знаю, меня целительству специально не обучали, я знаю лишь основы. Но такой ритуал возможен лишь между страстными любящими сердцами, в том случае, если они поддерживали многолетнюю связь, — Эл дышал несколько странно, словно сдерживал себя.
Мне показалось, или кимусаби покраснел, когда пояснил величину возникшей проблемы, отведя взгляд: "Ритуал возможен только в том случае, если двое занимались любовью минимум десять лет… Или девушка — Истинная пара парню. Я должен проверить, являешься ли ты моей Истинной — я даже не знал, что такое возможно, даже легенд о том, что Истинная наследного принца может быть человеком у нас нет! Это катастрофа… Совет будет стоять на ушах… Родители… Не знаю! Ничего не знаю, но это действительно катастрофа! Я создал проблем и тебе и предкам, и… И всем."
— Ну, мне ты проблем пока не создал, кроме того, что вызывал постоянное беспокойство за твою жизнь, — ответила я. Хорошее слово "пока"… То, что ты не пошёл на убой, когда тебя незаконно обвинили, ты был прав — каждый индивид имеет право защищаться в случае необходимости и необоснованного обвинения, как может. То, что это привело к необратимым и необычным последствиям — не твоя вина, а тех, кто тебя обвинил. Ну, и моя немного. Не нужно было проводить ритуал, о котором не имела никакого понятия. Так что сейчас твоя задача — выжить, и понять, кто и зачем тебя обвинил в предательстве.
Действовать будем по обстоятельствам. А то, что ритуал возможен, если заниматься любовью минимум десять лет… Как ты думаешь, то, что мы вообще пока не занимались этим, может повлиять на подлинность этого ритуала? И… Ты не хотел бы исправить то, что мы пока этим не занимались? — я решила, что все парни интересуются компьютерными играми, футболом, оружием, классными автомобилями, выпивкой и… сексом. И если переключить кимусаби на один из этих интересов, то о своем незавидном положении он на время забудет. — Ты в курсе, что ты сейчас становишься целью номер один для минимум нескольких сотен эльфийек, имевших на меня виды? — усмехнулся эльф. — Ага, сработало, включилось мужское эго, — с удовольствием подумала я… И в комнату ввалился Николай.
— А… Лекарства на столе! И пиццу я купил, думаю вам готовить некогда будет. Надеюсь, я угадал с начинкой для пиццы, — хмыкнул шофёр, и, оставив на кровати две коробки из трех, выскочил за дверь. Кажется, Николай даже покраснел слегка. Неужели он подумал, что ввалился к нам в комнату, когда мы собирались заняться интимом? Да я просто проверила кимусаби температуру! Но, видимо, Николай посчитал, что он нам помешал, так как больше он в комнате не появлялся до самого вечера.
Эл откинулся на подушки и интереса ни к пицце ни к кофе не проявил. Как и к капельнице. Температуру я ему сбила, но не надолго. Выглядел кимусаби так, словно собирался умирать. Но воспаление немного уменьшилось, и я решила, что теперь с раной справится его регенерация. Обезболивающее и антибиотики я всё же заставила его выпить, хотя в этом был некоторый риск — как эльф будет реагировать на человеческие лекарства, было не ясно.
Таблетки кимусаби проглотил без сопротивления, а в его взгляде появилась какая-то обреченность. Словно ему было уже всё равно — выживет он или нет…
И это мне абсолютно не нравилось. Вывести из подобного состояния пациента чрезвычайно сложно. А я не настолько хорошо знаю эльфийский придворный этикет, чтобы попытаться разобраться в причинах паники эльфа… и заодно и его депрессии, так как Эл, кажется, решил, что выхода из создавшейся ситуации просто нет.
Кто из его окружения сумеет, а главное, захочет помочь кимусаби оправдаться, я не знала. Да и где их ещё искать, этих эльфов? Так что я решила отвлечь Эла вопросами, прекрасно понимая, что лучше пусть эльфийский принц расскажет, что именно его настолько пугает, что он не реагирует на внешние раздражители, чем кимусаби снова попытается сделать какую-нибудь глупость.
