И тут же упоминание титула сработало в качестве запального шнура у бочонка с алхимической взрывчаткой.
— Не желает нас уважить, непорядок! — Возгласил один из двух попавших под ментальный удар телохранителей.
— Не позволю, порядок нарушать! — Поддакнул другой, тяжело поднимаясь на ноги.
— Герцоги Барбарские — узурпаторы, — возгласил эксперт по особенностям Зоны сопряжения, имя которого я забыл.
— Даешь законную власть и порядок! — Заорал один из телохранителей, запуская стандартный файербол в сторону отступающих девушек.
К счастью, Мария оказалась вполне боеспособной, приняла удар заклинания на свой магический щит и на автомате чем-то тоже атакующим ответила. А дальше закипела серьезная магическая схватка. Обезумевшие телохранители же не за красивые глаза были на эту должность назначены, два вполне себе перворанговых боевых мага — это катастрофа!
Повезло еще, что из двух экспертов, тот, что для меня безымянным оставался, оказался не очень хорошим бойцом, а граф смог в какой-то степени стряхнуть дурман и тоже на защиту наследницы своего герцога выдвинулся. Ну, и ментальное воздействие в какой-то степени рефлексы бойцов все же притормозило.
Я еще успел крикнуть Марии, чтобы уводила свою с трудом перебирающую ногами госпожу, даже рукой указал в сторону ближайшей границы Зоны. Мы же не по прямой до этого шли, сильно по дуге забирали, так что до границы тут километров пять от силы оставалось. Иринкина телохранительница кивнула мне, и я, уже больше ни на что не обращая внимания, отдался круговерти боя.
Спасибо все же дяде Олегу, что когда-то взял на себя хлопоты, натренировал меня как надо. По результату я остался на ногах, но раненым с двумя неходячими тушками в нагрузку: граф, впавший от полученных ран в забытье, и один из двоих Иринкиных телохранителей, которого я непонятно какими усилиями умудрился пленить. Ага, а впереди, до выхода к людям, у меня простиралось еще несколько километров Зоны со всеми ее очень неоднозначными обитателями.
— Сережа, ты как, готов? — Задала мне вопрос девушка, которая уже в самые ближайшие часы должна была стать моей официальной невестой. Вообще-то, по существующим правилам, она в этот день до самой кульминации церемонии помолвки не должна была показываться мне на глаза, но то происшествие на охоте очень сблизило нас. Иринка уже ощущалась мной вполне родным человеком, да и она, как мне кажется, меня самого воспринимала точно так же.
— Готов, куда ж деваться, — вот не удержался, чтобы слишком уж серьезную сегодня девицу чуть-чуть не потроллить. Она такой забавной выглядит, когда начинает изображать свою сердитость.
И да, со мной сердитость маркиза именно, что только изображает. Как моя невеста реально сердится, я видел своими собственными глазами. Холмскому, несмотря на то, что он, вроде как, даже оказался победителем в нашем пари, наверное, до сих пор икается. И никого из его родных на помолку не позвали, и даже просто появляться во дворце герцога запретили. Да еще и во всеуслышание поведали причину этого. Мелочь это или нет, не знаю, но и шансов, что и от отца с прочими родственниками Альбертику досталось, тоже изрядно.
Кстати, Альберту Холмскому еще повезло, что того артефакта, устроившего всем нам ментальную встряску, так и не нашли. Сразу после спонтанно возникшего боя с обезумевшими спутниками мне вовсе не до него было, а потом, когда специально отправленная экспедиция достигла места нашей стоянки, там уже обитатели Зоны практически вообще все оставленное имущество растащили, а не только предмет, сочащийся остаточной магией. А без самого артефакта обвинять аристократа в попытке покушения, нечего было и думать. Так что только вот так: два пишем, три в уме. Это я о вине этого парня в глазах Иринки.
И, возможно, вы спросите, каким же образом Альберт Холмский умудрился выиграть пари, и что он тогда за зверюгу притащил, что я даже с добытой гидрой остался в проигравших?
Зверюгу он добыл вполне серьезную (подозрения Иринки, что не сам добыл, а ему помогли, к делу не пришьешь), но, так сказать, вполне ординарную. Прыгуна, одну из разновидностей костяных химер. Таких охотники из зоны, в отличие от гидры, регулярно притаскивают. Просто, я по времени возвращения провалился. Мы же договаривались вернуться до вечерней зари, а спасательная группа, оправленная оклемавшейся Иринкой, отыскала меня с моей нелегкой поклажей в виде двух тушек, по разным причинам не способных к самостоятельным передвижениям, когда время уже за полночь перевалило. Соответственно, в ту деревню, служившую нам с Холмским отправной точкой, я уже никоим образом не успевал.
