Его рука стремительно соскальзывает с моей груди на талию и начинает бороться с пуговицей над молнией джинсов. Я вновь делаю попытку оттолкнуть его, но безрезультатно. Молния разъезжается вниз под его пальцами, и как только они касаются обнажённой кожи, он издаёт хриплый стон.
Я выгибаюсь назад, отворачивая голову. Сжимаю пальцами край столешницы.
– Что, снова изнасилуешь? Как тогда в Чалке? – срывается с моих губ отчаянное шипение.
Он замирает, немедленно отпускает меня, отшатываясь к двери. Шумно выдыхает, мрачно глядя из-под нахмуренных бровей.
– Ну, давай! Что же ты? … В туалете ресторана, под самым носом у моего мужа – просто великолепно!
Он не двигается, но отчеканивает металлическим тоном.
– Я Тебя Не Насиловал. И ты это знаешь.
– Хорошо, пусть так, но твои действия … они опять на грани, Кир! Оставь меня в покое! Слышишь? Ты меня слышишь? ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ! – продолжаю отчаянно шипеть я.
Он поднимает руки, запускает пальцы в свои волосы, потирает виски, как при головной боли, продолжая хмуро буравить меня глазами. Я прерывисто дышу, приводя в порядок одежду и поднимая с пола сумочку.
– Дай мне выйти!
Он опускает руки и не двигается.
– Пожалуйста! Я тебя очень прошу – дай мне выйти! … Отпусти меня! – я смотрю на него с мольбой и дрожащим голосом повторяю, – Просто отпусти!
Он тяжело вздыхает, делает шаг в сторону, открывая доступ к двери. Я открываю замок и стремительно выхожу из туалета.
***
После начала третьей партии становится очевидным – волна адреналина и напряжения захватила всех игроков без исключения. Электричество прямо витает в воздухе, и меня преследует навязчивая мысль – если над столом чиркнуть спичкой, взовьётся высокий столб пламени.
Внешне всё выглядит мирно и дружелюбно. Когда я вернулась в бильярдный зал, была сама удивлена, насколько быстро смогла успокоиться и продолжать вести себя как ни в чём не бывало. Конечно, внутреннее напряжение осталось, только его практически ничего не выдаёт. Разве что я избегаю смотреть в глаза нарушителю моего спокойствия и оказываться к нему ближе двух метров. По лицу Терновского вообще ничего не скажешь – он полностью сосредоточен на игре. Перемещаясь вокруг стола, он только два раза оказывается рядом со мной, и оба раза его близкое физическое присутствие ненавязчиво, но чётко отсекается моим мужем. Вадим становится между нами, воздвигая собою препятствие, и красноречиво обозначает границы своей территории, обнимая меня за талию.
Свои танцы с кием я прекратила. Я делала это неосознанно – у меня и раньше иногда наблюдалась такая привычка, пританцовывать под музыку, вертя кий между пальцами во время игры. Но именно в тот момент, когда посланный сильным ударом Кира чёрный шар залетел в лузу прямо передо мной, до меня, наконец, дошло – это выглядело в его глазах двусмысленно. А когда я, вдобавок к этому, неосознанно встала на линии удара, спровоцировала всю эту последующую «цепную реакцию» в тамбуре туалета.
Наше подсознание иногда оказывает нам «медвежью услугу»: в какой-то момент мы, не задумываясь, совершаем действие или движение просто под влиянием импульса, и только потом осознаём, куда и почему этот импульс нас ведёт.
Такую же «медвежью услугу» подсознание оказывает моей хитроумной подруге. Всю игру она вела себя сдержанно и сосредоточенно. Казалось, она вообще едва замечает нашу семейную пару, обратив всё внимание на своего партнёра и развитие ситуации на бильярдном столе. Но вот итоговая партия близится к финалу. Наши шансы на победу равны – Терновскому остаётся сыграть один полосатый шар против одного сплошного. Какое-то неясное чувство заставляет меня повернуть голову – Маша смотрит на Вадима. Она думает, я сейчас этого не вижу, так же, как и мой муж – мы оба только что внимательно наблюдали за действиями Кира, вымеряющего угол удара. Она смотрит на моего мужа и этот взгляд сложно недооценить, если ты хоть раз в жизни был крепко влюблён.
В моей голове в очередной раз за этот день всё переворачивается с ног на голову. Логика действий и слов «близкой подруги» становится предельно ясна.
***
Я сижу за столиком в маленьком ресторане горнолыжного курорта Роза Хутор Краснодарского края, и в который раз за этот день, начавшийся ранним утром, недоумеваю, как мы вчетвером здесь оказались спустя месяц после той напряжённой игры в бильярд.