– Не стоит так волноваться, – остановил распалившуюся девушку Гуров. – Вам это вредно, да и нам пользы не принесет. Давайте больше не будем возвращаться к теме осуждения. Никто никого не осуждает, никто никого не учит. Каждый сам проживает свою жизнь, а перед нами стоит задача остановить Демьяна, чтобы больше ни одна девушка, ни хорошая, ни плохая, от его афер не пострадала. Против такой постановки вопроса вы возражать не станете?
– Простите, – вдруг смутилась Алина. – Что-то я и правда разнервничалась. Вы говорили о том, что Демьяна нужно спровоцировать на то, чтобы он сдвинул сроки. Как это сделать?
Щекотливая тема осталась позади, и Гуров начал посвящать собравшихся в свои планы. Алина успокоилась окончательно, остальные с головой ушли в разработку гуровского плана, так что в целом встречу можно было назвать плодотворной и дружественной.
Домой Алина попала только к одиннадцати. Гуров сам отвез девушку, проследил, пока она войдет в квартиру и закроет за собой дверь, и только после этого поехал домой. Перед уходом он снова повторил наказ: с Демьяном не общаться ни под каким предлогом, вплоть до следующего вечера, благо встреча происходила в пятницу и наутро Алина могла остаться дома.
Гуров надеялся, что суток на подготовку ему хватит. Связаться с Псковом, выставить усиленную слежку у дома Бороткова, подготовить материалы для прокурора и получить от него подписанный ордер на арест. Сам план состоял в следующем: после того как получит добро, Алина должна была сообщить Демьяну, что уезжает к тетке в Кореновск. Мол, родня узнала о ее положении, забила во все колокола, и на общем совете было принято решение отправить Алину в теплые края до окончания срока беременности. Почему в Кореновск? Да потому что тетка ее считается лучшим в России врачом-акушером, куда же еще отправлять девицу на сносях, если не к акушерке? Отказать родне никак нельзя, только хуже сделаешь, приедут и насильно увезут. А так хоть будет время с любимым проститься. Чтобы не оттолкнуть Демьяна, Алина должна была убедить его, что уезжает не насовсем, что все еще у них сложится после ее возвращения. А если он захочет, то может поехать вместе с ней.
Гуров не знал, как отреагирует Боротков на известие о том, что его жертва вот-вот сорвется с крючка. В одном он был уверен: на предложение поехать вместе Боротков ответит отказом. Это лишний раз докажет Алине, что она приняла правильное решение. Но дальнейшие действия Демьяна с точностью до одного процента просчитать Гуров не мог, самое большее – предположить несколько вариантов. Самый худший из них – Демьян бросит затею на полпути и отпустит Алину с миром. Что в этом случае будут делать они с Крячко, Лев старался не думать.
Железнодорожный состав Москва – Псков остановился на перроне Пскова в восемь ноль пять. Алина вышла на платформу и огляделась. В руках она несла дорожную сумку, в которой лежала смена белья, пуховое одеяло и сухой паек на три дня. Лямка с перемычкой оттягивала плечо, сумка получилась увесистой, но поставить на грязное покрытие новенькую сумку девушка не решалась. «Где же этот Бумер, холера его забери, – озираясь по сторонам, ворчала она про себя. – И что за имя такое, Бумер. Не иначе, уголовник. Нормальный человек на такую авантюру наверняка не подписался бы».
Переезд девушку утомил больше, чем она ожидала, а хлопоты и волнение, ему предшествовавшие, убили остатки хорошего настроения. Встреча с Демьяном прошла довольно сухо. Как только она сообщила ему новость про тетку, он замкнулся в себе, стал просто каменным. Два часа девушка пыталась его расшевелить, но только время зря потратила. Пришлось сдаться и идти домой ни с чем. Почему ни с чем? Да потому, что по плану Гурова ей нужно было записать их с Демьяном разговор, где он проговаривает все, что она должна сделать в Пскове.
Но расстраивалась Алина напрасно. Не прошло и суток, как Демьян снова вызвал ее на свидание. В этот раз он был самим собой. Много шутил, говорил приятные слова, беспокоился о ее самочувствии и только под конец встречи выдал ей новый план. В Псков она должна выехать не позднее среды. Там ее ждет человек по имени Бумер. Он откроет ей доступ в дренажную систему, он же будет следить за ее самочувствием. Алина еле-еле успела включить диктофон, настолько внезапно Демьян перешел от нежностей к инструктажу.
И все же запись получилась шикарная. Самое главное, что Демьян буквально настаивал на том, что Алина ни в коем случае не должна покидать дренажную систему раньше, чем истекут третьи сутки. «Даже если роды начнутся?» – не выдержав, спросила она. И получила положительный ответ. Вот вам и любовь.
