Алгебра была у Али любимым предметом, и на уроке она смогла продолжить соревнование. Кстати, наконец, она узнала, что парня звали Иван, прочитав, как подписана его тетрадь. Хотя Аля ненавидела клички, она поняла, почему даже учителя называют его Князем: мягкое Ваня никак не гармонировало с его образом.
Как ни странно, на этот раз девушке не удалось "уесть" соперника. Князь решил все задания, когда она только приступила к последнему уравнению. "Рано расслабилась", подумала она. Однако, явно читаемое удовлетворение во взгляде соседа ее не разозлило, а рассмешило.
- Ну что, мозг под шопинг заточен? - спросил он. Аля, не выдержав, рассмеялась.
Третьим уроком был английский, и оказалось, что Аля записана не в ту группу, где были Инга и Иван. Учительница, глубоко пожилая тетечка, полулежавшая за столом, по-русски обратилось к девушке, попросив "рассказать что-нибудь о себе и желательно по-английски". Алю такой подход удивил, в ее школе на уроках иностранного языка невозможно было слова русского услышать ни от учеников, ни, тем более от учителей. Она начала рассказывать о себе, но остановилась, увидев округлившиеся глаза "тетечки".
- Is anything wrong? - спросила девушка, но ответа не последовало.
- Что-то не так? - уже по-русски переспросила она.
"Тетечка", словно выйдя из ступора, сказала:
- Нет-нет, молодец, садись, пять. А теперь откройте текст на странице сто десять и переведите его в тетради письменно.
"На английском можно ставить крест", заключила Аля, но начала старательно писать в тетради перевод. Учительница продремала половину урока, а потом вдруг сказала:
- Кто тут новенькая? Ты лучше иди на следующий английский к Ираидне Хачиковне. Я ее предупрежу.
Отчество Хачиковна заставило Алю совсем приуныть, хотя, казалось, хуже, чем "тетенька", чье имя она так и не узнала, быть ничего не может.
Конечно, английского поразил Алю до глубины души, но того как здесь проходит литература, она совсем не ожидала. Весь урок Валентина Ивановна, милейшая бабуля, выкрашенная в платиновую блондинку, медовым голосом диктовала статью какого-то именитого критика о романе "Война и мир", старательно контролируя, чтобы все писали.
Аля, не выдержав, обратилась к соседу:
- Зачем она это делает? - спросила она с изумлением.
- Делает что? - спросил тот, хотя сначала показалось, что разговаривать он не намерен.
- Зачем мы записываем статью? - Але стало казаться, что она попала в какую-то фантасмагорию, где тупость является нормой.
- Ааа, протянул парень, ну она считает, что без этого сочинение написать невозможно.
- Как все это поможет мне писать сочинение? - не отставала девушка.
- Технология простая. Берешь кусок из одной статьи, кусок из другой, опять кусок из первой и присобачиваешь к ним часть третьей. Вот так, по мнению Валентины Ивановны, и пишутся хорошие сочинения.
- Ты так делаешь? - почему-то спросила Аля. Странно, но ей казалось, что этот парень не должен участвовать в подобной тупости.
- Тебе какое дело? - вежливость явно была его коньком. Тем не менее, спустя некоторое время, он добавил: - У меня сестра в десятом учится, я ее сочинения переписываю.
Алю его ответ вполне удовлетворил. Списывание у сестры казалось более достойным занятием, чем списывание у классиков.
- И что же делаешь ты? - с иронией спросил Князь.
- Читаю, и пишу что думаю.
- Не прокатит, слово "думать" забудь. И вообще, когда думаешь, морщины появляются, девушкам думать вредно, не слышала.
- По-моему, некоторые считают, что напрягать мозг вредно, в принципе. Вот у тебя никаких морщин.
- Ну ты и язва, - с каким-то странным выражением ответил парень. - Хотя я сам виноват, подставился.
Аля поняла, что Князю редко дают отпор, и что ему это если и не понравилось, то привлекло внимание, точно.
- Ничего, будет возможность реабилитироваться в качалке.
Парень посмотрел с удивлением, но, поняв, что речь идет об уроке физкультуры, ответил:
- Уж там-то я тебя сделаю, без вариантов.
"Ты еще не знаешь, насколько прав!", подумала Аля. Физкультуру она ненавидела даже больше, чем физику. И надо же, чтобы в первый день в новой школе в расписании красовалась именно она. Ей потребовалось почти два года, чтобы, после перехода в среднюю школу доказать физруку, что его надежды сделать из нее звезду спорта, ну, или хотя бы "физически адекватную личность", как он сам говорил, рассыпались в прах. Физрук признал свое поражение и приспособил Алю для написания планов и конспектов уроков. После того, как ему однажды директор "выразила благодарность за прекрасную организацию учебного процесса", состоявшую, на самом деле, в красивой тетрадочке с планами и конспектами, Аля всегда имела пятерку по физкультуре, даже не утруждая себя покупкой формы.
