Вейн стянул мокрую рубаху, от чего стал видным длинный тёмный шрам, тянувшийся у него через обе лопатки. Мужчина обтёр свои, немного вьющиеся волосы старой рубахой и кинул её прочь в траву. Он немного постоял, подставляя уставшее тело жаркому солнцу, пытаясь впитать немного его безмятежности и тепла. Райан, с улыбкой наблюдая, как его товарищ всё дальше и дальше отодвигается от надоедливого гостя, едва улавливал суть его речей. Сквозь поток собственных мыслей до него донеслось:
— Яблочко уже давно поспело, — потянул Хью.
— Что?.. — Райан глянул на рыжего барона, пытаясь сосредоточиться на его словах.
Он видел, что Вейн напрягся всем телом, словно зверь перед прыжком, и замер с чистой рубахой в руках.
— Ты последний дурак, если не поспешишь его сорвать, — продолжил Хью.
До Райана дошло наконец. Особенно после дальнейших пошлых шуток, отпущенных воином, как всегда не умевшим вовремя остановиться. Барон резко поднялся. С отвращением сплюнув, к нему спешил Вейн.
— Если ты не поспешишь, то желающие помочь найдутся, — ухмыльнулся рыжий воин.
— Ах ты, паршивец!! — Вейн опередил друга, схватив Хьюберта за рубашку.
— Вейн! — Райан едва смог разжать его руки, отталкивая от барона подальше.
— Ты говоришь о леди, чёрт тебя дери! — Вейн, продолжал выкрикивать проклятия, махая руками и пытаясь вырваться.
— Мы прекратим этот разговор. Здесь и сейчас. И ты, Хьюберт более не заговоришь о леди Даниэль. Иначе дальнейшие действия тебе известны… — Райан говорил нарочито спокойно и медленно, при этом, не оставляя сомнений о последствиях ослушания, у нежданного гостя.
Хью коротко кивнул, соглашаясь и расправляя свою рубашку, едва не разорванную горячим Вейном.
— Согласен. Погорячился. Все мы устали. Пойду, освежусь ниже по реке… — лицо Хьюберта словно обратилось в камень, когда он отвернулся от оставшихся мужчин.
Райан ещё долго смотрел ему вслед. Этот разговор вывел его из себя, просто он не мог, словно Вейн кидаться на негодяя. Им предстояло добираться до Лондона одной дорогой. И предстать перед королём достойно. Хотя никто не мог ему запретить помечтать, представляя, как барон нечаянно поскальзывается на мокрой траве и, ломая свою тощую шею, падает в реку…
— И бездыханное тело его уносит по течению, в неизвестном направлении… — Вейн нараспев продолжил его мысли, и Райан вновь опомнился, понимая, что говорил вслух.
— Осталось немного, мой друг. Завтра мы прибудем на место. Отправимся в течение часа и при хорошей погоде управимся в срок, — Райан подобрал свои вещи с травы и направился к расположившимся в тени деревьев солдатам.
Они прибыли позже, чем планировали, но всё же успели. Взмокнув от спешки и недоброго предчувствия, барон поднимался по широкой лестнице. Подойдя к огромным распахнутым дверям, он в сопровождении своих вассалов и Вейна присоединился к уже прибывшим.
— Райан! — Вильгельм даже привстал со своего кресла, находящегося на небольшом возвышении.
Барон видел добрую улыбку, коснувшуюся губ Матильды. Дьявол! Как ему теперь быть? Но назад дороги не было. Выйдя вперёд, Райан поклонился своему королю и начал говорить, так и не поднимая головы.
— Мой король, — его голос предательски осип. Он прочистил горло и продолжил, — мой король, будет ли мне позволено просить вас?..
Довольный король немедленно махнул рукой, веля своему любимому барону подняться. Райан к его изумлению проигнорировал это повеление. Тёмные волосы скрывали его глаза, и Вильгельм, к своему внутренне растущему неудовольствию, не мог прочитать его, как делал привычно.
— Проси! Я намерен выслушать тебя! — король откинулся на резную спинку, барабаня пальцами по подлокотникам.
Матильда осторожно положила свою маленькую ладонь поверх его руки, склонилась к нему и тихо проговорила на самое ухо:
— Полагаю, барон хочет просить дозволения, наконец, вернуться домой. После стольких лет, это так очевидно! Но, зная его характер, смею предположить, что наверняка сам счёл эту просьбу недостойной воина. Позволь ему собраться, дорогой.
Райан стиснул зубы и мысленно перекрестился.
— Я прошу моего короля отпустить меня домой! — молодой человек выпалил это на одном дыхании и замер в ожидании.
Вильгельм расхохотался, по-своему поняв его слова. Он полагал, как и супруга, что мужу не терпелось умчаться к своей юной жене. Но глядя, как медленно поднималась голова его верного полководца, он прекратил своё веселье. Райан молча устремил свой взгляд к королю и у того более не осталось сомнений, в своей неожиданной догадке. Вильгельм всё понял, стоило лишь глянуть в холодное серебро его глаз. Король посуровел вмиг и резко поднялся. Стоя на возвышении, он казался выше воина стоящего перед ним в ожидании благословения, или наказания.
Матильда привстала следом, в растерянности глядя на побледневшего мужчину.
— Ты просишь меня, своего короля, отменить своё решение?! — голос Вильгельма гремел над залом.
Райан слышал перешёптывания позади себя. Они звучали так, словно кто-то метал ножи в его спину. Но смирившись, он решил идти до конца.
