Стихи — это записи в дневнике времени, а точнее, подробности экзекуций. Поэтическое искусство — это отдушина сердца, и прелесть в том, что ты пишешь о самой главной боли своей жизни или юношеских лет, а этого никто не поймёт. Я писал для себя, пытаясь эстетически удовлетворить собственный рассудок. Делюсь, так как некоторые факты моей биографии могут избавить вас от моих ошибок или же вас могут заинтересовать мои размышления. Приятного прочтения и удачи в понимании моего полёта мыслей.
Глава 1 и последняя.
МОЯ ЖИЗНЬ — ЭТО ТЫ.
люби меня так,
как любишь ляпать холсты,
мастихином снимая
прошлого груз.
и счастье едино — это ты,
прошлое забуду, я — трус.
о будущем подумай,
как хрустят половицы
новой квартиры.
подумай о жизни, где нет
недоверия, страданий, сатиры
и проблем юных лет.
сон без тебя,
каждый раз,
пропасть в кому.
я привык,
прижимаясь к липкой спине,
вместе впадать в истому.
моя дикая свобода стаи выходит
за твои рамки интегрального.
так давай же расскажем
о нашем рукотворном рае
при помощи обручального…
даже лоснясь от пота
или сидя с отключенной водой,
ты оставалась гением чистой красоты.
ты — мой xanax, мой покой,
моя жизнь — это ты.
КРАСНЫЙ.
Небо раздувается над пропастями пустых голов,
А я прыгаю над голубым пламенем,
Потягивая синее вино.
Я готов,
Управлять своим временем
И снять, в синий тонах, немое кино,
Наполненное бесчисленным количеством диалогов.
Зрители смеются, синим гоготом клоча,
Будто бы слышат мою сценарную перестановку предлогов,
Ведь смех — комедии, как скважина для ключа.
Ох, если б они знали, что это драма -
— Рыдали бы синими горючими слезами,
Я чиркаю спичками, но их всегда мало,
Они чувствуют тлен синими носами.
В них сидит и бьёт по шее холод,
Они грациозно извиваются, будто кошки,
Мяукают, мол — мучает голод,
И устоять не могут — слабоватые ножки.
Озаренный синевой кинозал,
Покажет жёлтые зубы рабов счастья,
Кто шприц, кто таблетки взял,
А кто прячет изрубцованные запястья.
Синие порезы выжжены безнадёжностью,
Синий маразм носителей дарит плёнке смех,
Искусственный, конечно, но с синей нежностью,
В этом смехе вся их жизнь и самый синий грех.
Они шмыгают, улыбаются, не понимая,
Что единственный объектив уставлен на них.
Прямой эфир, а в углу синяя запятая,
Я притих, ожидая понимания, что снимали их.
Самый тихий, но зависимый тоже,
Крикнул о синей скуке и полез под кожу,
Он верил, прости его душу, Боже,
А ведь мы с ним так похожи…
ЖЕНСТВЕННОСТЬ.
Пара изящных локонов,
Падающих на милое лицо,
Превращают поклонников,
В дарящих обручальное кольцо.
Один взмах, ручной всплеск
Повергнет в умат блаженства,
А ослепительный зубов блеск,
Станет примером верховенства.
Обхват узеньких плечей,
Выносят груз белых ручек,
Губы поют тонкие свирели речей,
Ублажающих от хряща до мочек.
Элегантный вкус помады,
Оставивший отпечаток в памяти
Из мыслей марша и парада,
Обучает губной грамоте.
Топот стройных ножек,
Будто эвфонией принятый
С грацией стаи кошек,
Приятен, когда они раздвинуты.
КРАСИВЫЙ, СЛЮНЯВЫЙ СЛИЗЕНЬ.
не плачь воздушными слезами,
не выпей керосина в духоте
комнат, что измерена душами,
душами мёртвыми, что обитают в темноте.
в радуге нервов, психически смешанных
и смешных, ты будешь первой помешанной,
что я успокою.
я дал взятку совести и козодою,
теперь я смею любить обе жизни
моей сливочной любовью
из картинок и картонок.
вокруг слюнявые слизни,
как мы с тобою,
но ты красивая,
а я подонок.
SAVETHEHONOR
А я не обязан начинать свой стих
С той строчки, что пришла на ум
Горелым финишёром, ведь таких,
Как та, клеймят званьем «наобум».
А как же «первая мысль — лучшая мысль»?
Или уже не актуально изрекать свой гений
С первой попытки, вкладывая глубинный смысл,
Хоть не имеешь ты ни прав на неё, ни владений.
Даже распыляя откровенную ересь,
Нужно уметь за неё постоять.
Ведь чушь с печатью грамоты через
Все уши пронесут и будут повторять.
Липким гулом отпечаток
Застрянет в лике пустых голов.
Лжи и недоверия зачаток
Клюёт, как рыбацкий улов.
Какова цена была отстаивания ахинеи?
Или удел каменных джунглей — «рыцарская честь»?
Честь улетучиваема, как лепесточек орхидеи,
И ваш доблестный цветок срывает весть.
Весть о вашем безрассудстве, вольности,
О том, какой вы поклонник вашей покорности
И прочие слухи, враки, ложь и клевета,
Но вас удивила лишь распространения быстрота.
Осторожность ваша заключится
В удержании языка за зубами,
Иначе, многое может приключиться,
Если все слушают и считаются с вами.
Афоризмы житейской мудрости (да простит мне Шопенгауэр сию пошлость)
5 литров крови — 5 литров кокосовой воды.
2 брови. маленькая бесконечность маленькой нужды.
обколол себе все ноги.
абсолютно все глаза закрыл.
путь к сердцу — две дороги,
но перёд видит только тыл.
руки в косы и на твоё платье.
наушники в уши, из ушей — кровь.
людей всегда тошнит от стати,
ведь людям не стать свиньями вновь.
картонные глаза помяты,
но всё ещё видят антоним картона.
детство, юность, старость — трекляты,
но люди похотью потеют в доме стона.
они не есть мораль, а нож у горла -
— паль страсти в тёмном царстве порно.
дом пошатнётся от ветра, но я зову его другом.
мне не нужен дом, он не является звуком,
ведь только звуки природы расскажут,
как выжить, когда тебе все будни смажут.
ты в раздумьях цикличного постоянства
памяти, взглянешь на саму пульсацию вен
в пределах удушливого пространства.
ты мой Ра! и судьбу решают не Мойры, — а фен.
мой шейк взболтал ацетилхолин,
я лью слёзы, пока болтается лин,
