— Надо быть готовыми к худшему, Михаил Иванович! Продумайте план действий, если вдруг придется арестовывать съезд.
— Сколько у меня времени? — поинтересовался генерал.
— Два дня максимум.
Президент получил план спустя сутки.
Суть его сводилась к выдворению депутатов сначала из зала заседаний, а затем уже из Кремля. По плану Указ о роспуске съезда в случае импичмента должен был находиться в запечатанном конверте. После окончания счетной комиссии (если бы импичмент все-таки состоялся) по прямой связи из кабины переводчиков офицеру с поставленным и решительным голосом предстояло зачитать текст Указа. С кабиной постоянную связь должен был поддерживать Барсуков, которому раньше всех стало бы известно о подсчете голосов.
Если бы депутаты после оглашения текста отказались выполнить волю президента, им бы тут же отключили свет, воду, тепло, канализацию… Словом, все то, что только можно отключить. На случай сидячих забастовок в темноте и холоде было предусмотрено «выкуривание» народных избранников из помещения. На балконах решили расставить канистры с хлорпикрином — химическим веществом раздражающего действия. Это средство обычно применяют для проверки противогазов в камере окуривания. Окажись в противогазе хоть малюсенькая дырочка, исполнитель выскакивает из помещения быстрее, чем пробка из бутылки с шампанским. Офицеры, занявшие места на балконах, готовы были по команде разлить раздражающее вещество, и, естественно, ни один избранник ни о какой забастовке уже бы не помышлял.
Президенту «процедура окуривания» после возможной процедуры импичмента показалась вдвойне привлекательной: способ гарантировал стопроцентную надежность, ведь противогазов у парламентариев не было.
Каждый офицер, принимавший участие в операции, знал заранее, с какого места и какого депутата он возьмет под руки и вынесет из зала. На улице их поджидали бы комфортабельные автобусы…»
К счастью, 28 марта импичмент не состоялся и Указ зачитывать не пришлось. В осуществлении плана по «нейтрализации» депутатов также отпала необходимость. Пока проходило голосование, помощники каждые пять минут докладывали президенту обстановку.
Весной Ельцин и его команда одержали первую победу. Неизвестно, как бы повернулись события, если бы все произошло иначе. Вероятнее всего, в стране возник бы очередной вооруженный конфликт, который бы привел к человеческим жертвам. Политика — жестокая вещь. Иногда для пользы дела необходимо, чтобы народ не вмешивался в нее. Подобная необходимость, на мой взгляд, и назрела в 1993 году, когда происходила отчаянная схватка между людьми, представлявшими старое и новое мышление.
Однако дальнейшие события показали, что борьба за власть еще не закончена. Хасбулатов и его единомышленники активно критиковали экономическую реформу и любые действия президента и правительства. Страсти снова накалялись, конфликт затягивался, а жизнь граждан между тем нисколько не улучшалась.
Наконец было принято решение о роспуске Верховного Совета. Сначала была установлена дата 18 сентября, в воскресный день, когда в Белом доме никого не будет. Существовала вероятность устроить все без шума — просто перекрыть выходы и не пустить депутатов на работу. Затем запланированное мероприятие было перенесено на 21 сентября. Причиной тому явилась возникшая в рядах президентского окружения паника. Пока разрабатывался план и происходило обсуждение деталей, аналитические институты просчитывали последствия введения Указа. Результаты были неутешительными. По всему выходило, что столкновений не избежать. Да и шутка ли — разогнать избранных народом депутатов, которых к тому же поддерживает Конституционный суд! Помимо всего прочего, министры-силовики никак не могли договориться между собой, кому из них взять на себя основную ответственность. Министр обороны П. Грачев был убежден, что поддерживать порядок в подобных ситуациях должны внутренние войска. Его коллега из министерства внутренних дел В. Ерин имел на этот счет несколько иное мнение. В таких условиях ни о каком совместно разработанном плане на случай непредвиденной ситуации не могло быть и речи. Правда, эти разногласия тщательно скрывались от президента, которому докладывали, что все готово к проведению мероприятия.
Растерянность в рядах ближайшего окружения Б. Ельцина не могла не отразиться на дальнейшем ходе событий. Депутаты узнали о грядущем роспуске и не покинули здание парламента даже в воскресенье. 20 сентября президент дал команду ввести в действие Указ 1400.
Кульминационный акт противостояния разыгрался 3 октября. То, что происходило в этот момент, мы все хорошо помним. Многих тогда настораживала и пугала напряженная тишина, окутавшая столицу. Никаких решительных действий долгое время не предпринималось. Вопреки ожиданиям, президент не выступил перед соотечественниками ни с каким сообщением. Все это сеяло еще большую панику среди населения.
