Назначенная правительственная комиссия была шокирована огромным списком конфискованного имущества, принадлежавшего ранее Меншиковым. Сюда входили: 90 000 душ крестьян, города Ораниенбаум, Ямбург, Копорье, Раненбург, Почеп, Батурин; 4 млн тогдашних рублей наличными, капиталы в Лондонском и Амстердамском банках на сумму 9 млн рублей; бриллианты и разные драгоценности на сумму 1 млн рублей; серебряные тарелки и столовые приборы и 105 пудов золотой посуды. Но и это было еще не все: кроме имений в России, у князя были знаменитые земли в Ингрии, Ливонии и Польше; король Прусский пожаловал ему поместье Речек, а император Германский — герцогство Козельское. Что же касается домов, отличавшихся самой роскошной меблировкой, драгоценной домашней утвари, одежды, усыпанной драгоценными камнями, — то этому добру не было и счета. Одна опись вещей, взятых Меншиковым в Раненбург, продолжалась три дня.
10 мая 1728 года семейство опального князя было доставлено по месту назначения в глухой сибирский уголок — в Березов. К тому моменту в Меншикове произошла поразительная перемена: из спесивого, гордого и алчного человека он превратился в кроткого смиренника, который раскаивался в прежних грехах. Жители Березова смотрели на него как на праведника. Из отпускавшихся на его содержание денег (10 рублей ассигнациями в сутки) он скопил небольшую сумму, на которую построил деревянную церковь.
Вместе с ним в ссылке находились его дети: 18-летняя Мария, 14-летняя Александра и 13-летний Александр. Жена Меншикова умерла по дороге в Березов. В этом сибирском городке принял смерть и сам Александр Данилович. Вскоре после смерти отца умерла бывшая царская невеста Мария. Она так и не дождалась высочайшего милостивого указа, который позволил детям Меншикова покинуть место ссылки.
Любопытна судьба наследников князя Ижорского. Его сын, князь Александр Александрович, на 14-м году жизни носил звание обер-камергера, но был разжалован и сослан вместе с отцом. По указу о помиловании он возвратился из ссылки в 1731 году и был назначен генерал-аншефом. В свою очередь, его сын, князь Сергей Александрович, стал сенатором. Правнук Меншикова, князь Александр Сергеевич, был адмиралом, генерал-адъютантом и светлейшим князем. Сначала он поступил в дипломатический корпус, а затем перешел на военную службу, был адъютантом графа Каменского, а с 1813 года находился в свите императора Александра I. В 1821 году с Новосильцевым и Воронцовым он составил проект освобождения помещичьих крестьян, который был отвергнут императором. Предложение занять место посла в Дрездене Меншиков счел за оскорбление, вышел в отставку и удалился в деревню. Но Николай I призвал его к себе и послал с чрезвычайной миссией в Персию, где Александр Сергеевич был арестован и пробыл в тюрьме до 1827 года. После возвращения в столицу ему была поручена реорганизация морского министерства. В следующем году Меншиков участвовал в войне с Турцией, а в 1829-м в звании начальника главного морского штаба принял командование над морскими силами империи и с 1830 года являлся генерал-губернатором Финляндии. В 1853 году Меншиков-правнук был послан чрезвычайным послом в Константинополь, а с началом Крымской войны назначен командующим войсками в Крыму. Действия его в это время вызывали много порицаний со стороны специалистов военного дела.
Его сын, Владимир Александрович, праправнук генералиссимуса Александра Даниловича Меншикова, был генерал-адъютантом. С его смертью пресекся род князей Меншиковых, начало которому положил легендарный фаворит царя Петра Великого.
С упоминанием имени Бирона (1690–1772) у нас обычно возникают негативные ассоциации. Такое отношение к нему вполне оправданно. Человек, презиравший и ненавидевший все русское, не мог сделать для России ничего хорошего.
Но Бирон — не как личность, а как явление — вполне соответствовал ситуации в России первой половины XVIII века, тому периоду, когда вопрос о престолонаследии стоял очень остро. На его долю выпало стать важным звеном в цепи дворцовых интриг и переворотов, вызванных нестабильной политической ситуацией в государстве.
Виновником такого неопределенного положения был сам Петр Великий, который не оставил после себя конкретного наследника. К моменту его смерти никто из членов императорской семьи не имел бесспорных прав на престол. Как было сказано в предыдущем разделе, Меншиков, не разглядев в этом прямой угрозы для себя, сделал возможным правление юного внука царя-реформатора. Но Петр II умер от оспы в ночь на 19 января 1730 года, и с ним прекратилась мужская линия династии Романовых. Он не оставил после себя завещания, и поэтому в силу вступало завещание Екатерины I. Согласно этому документу, престол должен был перейти к сыну Анны Петровны — Карлу Петру Ульриху, которому к моменту описываемых событий было два года, или к цесаревне Елизавете.
