Вчера у моего курса был выпускной. Ребята связывались со мной после вручения дипломов, направлений и благодарственных грамот, и на какое-то время одиночное купе наполнилось смехом и выкриками. Они поздравляли меня — и с официальным окончанием студенческой жизни, и с отличным отдыхом, я, смеясь и почему-то разведя сырость, — их. Возбуждение, облегчение и веселое ожидание явственно слышались в громких голосах. Таша, на день отстранившаяся от проблем с трудоустройством, пообещала дать о себе знать позже, с намечающейся обязательной бурной попойки, но, видимо, так и не добралась до кристалла связи. И я ее совершенно не виню и не обижаюсь. В вечер, когда мы с Диланом первый раз заночевали на берегу, я тоже оставила подругу без подробного пересказа забав прошедшего дня. Свяжусь с ней сама, после того, как обустроюсь на новой жилплощади. Беспокоить ее сейчас, до обеда, не имеет смысла — наверняка отсыпается. Сама прекрасно помню размах и масштабы наших вечеринок и общее паршивое состояние после них.
Заочно пожелав подруге хорошенько отдохнуть, поймала за хвост мелькнувшую мысль о новом доме.
Квартира и маленькая клиника для работы предоставлялись местной властью и становились моей временной собственностью. Со всеми вытекающими. Всеми основными необходимыми лекарствами и оборудованием меня снабжала ринельская больница — официально я приписывалась к ней, все остальное оплачивалось из моего кармана или готовилось самостоятельно. Получалось, по моим представлениям, не так уж много. К тому же и квартира, и клиника располагались в одном здании, что существенно сокращало расходы на их содержание. И практически наверняка обязывало к круглосуточной работе, но с этим вопросом я как-нибудь разберусь позже. Для начала нужно просто увидеть свое пристанище на ближайшие три года.
На вокзале меня встречала инара Милари. И вот эту цветущую женщину, которой не дашь больше сорока, назвали слишком старой? Мне сложно было судить о справедливости высказывания стража, так как инару я никогда не видела — все наши разговоры с помощью кристалла проходили только в голосовом формате, а в этом случае трудно судить о возрасте и внешнем виде собеседника. Но сейчас становилось понятно, что уважаемая тетушка не менее уважаемого стража явно преувеличила степень старости местной целительницы: не знавшие краски каштановые волосы даже седеть не начали, да и кожа в замечательном состоянии. Не говоря уж о фигуре. Нет, определение «старая» инаре совсем не подходит.
Дежурно, одними губами улыбнувшись, женщина шагнула мне навстречу:
— Инари Лиана Ринвей?
— Да. Добрый вечер, инара, — я учтиво склонила голову.
— Добрый, — ее улыбка стала чуть более искренней, в глазах, от которых разбежались лучики едва заметных морщинок, засветилось одобрение. — Где ваш багаж, инари?
— Можно просто Лиана, — я махнула рукой за спину. Следящий за вагоном помог мне донести сумки до выхода, их осталось только вынести наружу. Стоящий за спиной целительницы мужчина тут же вышел вперед, подхватывая мои вещи и быстро, но аккуратно перетаскивая их в задний отсек ожидающего нас кварта. Наглядный пример силы оборотня — три тяжелых сумки он поднял играючи, в то время как мои человеческие родственники с кряхтением перетаскивали их едва ли не волоком.
— Тогда, если это все, Лиана, прошу вас, — инара приглашающе кивнула на кварт. Транспорт явно был служебным — ничто другое не бывает настолько обезличенным. — Что для вас предпочтительней? — задала вопрос Милари, едва мы устроились на сиденьях. — Мы можем сейчас поехать в управление и подтвердить ваше прибытие, а заодно забрать необходимые документы. Или же, если хотите, отправимся сразу в ваш новый дом — ключи у меня с собой.
— Городское управление работает до столь позднего часа? — удивилась я. Ни в столице, ни в моем родном Валлоре добраться до государственных мужей после пяти вечера было невозможно. Сейчас было уже семь.
— Наш вожак… прошу прощения — градоправитель, сложно перейти с привычных старых обращений к общеупотребимым — известный любитель засидеться на работе допоздна, — в голосе Милари, несмотря на укоризну, послышалось восхищение и уважение. — Часто с ним остается почти все управление. В такой час можно быть уверенным, что все еще на рабочих местах.
— А это законно? — усомнилась я, постаравшись, чтобы вопрос прозвучал мягко, с некоторой шутливостью.
— Едва ли, — пожала плечами инара. — Но и плюсы у таких задержек имеются. Множество плюсов, обеспечиваемых потом градоправителем. Со временем во всем разберетесь. Ну так что вы решили? Куда поедем?
— Пожалуй, домой. Я хотела бы привести себя в порядок и освежиться. Не хочется начинать знакомство с местными жителями замученной, только вылезшей из четырехдневного заточения в поезде.
