– Ждет у коновальего колодца. Если не хочешь идти к нему сразу, я могу сказать, что вам лучше увидеться позже.
– Нет. – Берил покачала головой. – В ожидании добра нет.
Шакал ни разу в жизни не видел королевы и не узнал бы, увидев, но если та не обладала духом этой женщины-полукровки, которая уходила от него прочь, то эта королева не была достойна своего титула.
Дальше откладывать было некуда. Шакал назначил копыту собрание после заката в лавке бондаря – одной из многих опустевших построек, чьи хозяева решили не возвращаться.
Разместившись на бочках и незаконченных гробах, полуорки ждали, пока соберется все копыто. Последним явился Хорек – весь запыхавшийся, он зашнуровывал штаны. Одни добродушно посмеялись, другие покачали головой, но затем все утихло и на лице каждого отразилась важность нынешнего собрания. Не было ни стола, ни топоров, ни пня, ни кресла вождя. Только восемь посвященных братьев. Шакал устроился на верстаке, не возвышающемся над местами, которые занимали остальные, и все же он видел, что все внимание было сосредоточено на нем.
– Мы собрались, чтобы выбрать нового вождя, – сообщил он, смирившись с тем, что вводное слово должен произнести он. – Полагаю, большинство из вас уже знает, кого вы хотите видеть во главе этого копыта. Я тоже знаю. Но прежде чем мы проголосуем, вам нужно кое о чем услышать.
Шакал посмотрел на Певчего, и внимание собравшихся обратилось на старика.
Трикрат набрал воздуха в легкие и, не вставая, заговорил:
– Я был одним из тех, кто основал это копыто. Черт, я в некотором смысле основал их все. И я помню тот день, когда мы заложили первый камень Горнила. Я много лет верно следовал за нашим вождем, пока не стал понимать, во что он превращался. Спустя некоторое время я захотел сам возглавить Серых ублюдков, я почувствовал, что это мой долг. Я и сейчас это чувствую. – Певчий сделал паузу, словно потерял мысль. Затем провел рукой по густым седым волосам. – Никто из вас не знает меня по-настоящему, за исключением Колпака, но я боролся за то, чтобы спасти это копыто, задолго до того, как вы родились. И это было глупо. Один полуорк не в силах этого добиться. Копыто должно выжить только как копыто. Серым ублюдкам далеко до спасения, пусть безумие Ваятеля нам больше и не грозит. Я горд вернуться туда, где чувствую себя дома, где всегда находилось мое сердце. Я мог бы возглавить это копыто. Мог бы, и был бы хорошим вождем. Но у меня есть и другой долг. Куда более важный. Один полуорк не может спасти копыто, но один полуорк может спасти одного ребенка.
В комнате царило молчание.
– Я отведу Пролазу в Псовое ущелье, – продолжил Певчий с легкой улыбкой. – Рога согласились ему помочь, избавить его от проклятой чумы. Я ни черта не смыслю в чародействе, но его ведают эльфы. Они думают, что смогут со временем его исцелить. Если же нет, то они заверили меня, что смогут повторить то, что сделал тюрбан, – заставить чуму перейти.
– На тебя? – спросил Мед.
Певчий кивнул.
– Они думают, что она может переходить от одного трикрата к другому. Как тирканианец… это наколдовал.
– Тогда идти должен я, – заявил Овес. – Этот задний хотел всунуть это в меня. Хорош ржать, Хорек!
– Тебе нельзя, Овес, – сказал Шакал. – Певчий знает язык Рогов. А ты нет.
– Это еще не значит, что ему позволят войти в Псовое ущелье, – сказал Мед. – Мы знаем, что Рога редко пускают туда других эльфов, не то что двух полуорков.
– Мы понимаем их уклад куда меньше, чем нам кажется, – сказал Певчий. – Они приняли эльфиек с болота, хотя ни одна из них не была из Рогов. Мне они доверяют, думаю, насколько это возможно. И даже если нет, они понимают, что чума до сих пор защищает Уделье. Скорее всего, они просто меня используют. Как бы то ни было, они позволили нам троим поселиться у них в ущелье.
– Троим? – Хорек наморщил лоб.
Певчий посмотрел на Овса.
– Это еще одна причина, по которой ты не можешь пойти, Идрис. Твоя мать ни за что не позволит тебе принять эту болезнь.
– Берил уйдет с тобой? – спросила Блажка озадаченно.
– А ты думаешь, она расстанется с мальчиком? – парировал Певчий.
– Как это? – Мед посмотрел на Шакала. – Как ты их на это уговорил?
– Уговаривать особо не пришлось, – признался Шакал. – Певчий прав. Рога понимают значение чумы. Она опасна. И полезна. Нам повезло, что орки не устроили Нашествие. Иначе мы не смогли бы их остановить. Пока Уль-вундулас не станет сильнее и не обретет единство, без чумы нам не обойтись. А мы дадим Рогам то, чего они хотели, – месть тем, кто поставлял эльфов Месителю. Санчо и сам болотник уже мертвы. Но один соучастник еще жив. Это капитан Игнасио. Певчий рассказал о нем Рогам. И они пожелали его преследовать. Скорее всего, как только он увидит Псовое ущелье, то уже не уйдет оттуда живым.
Певчий выдохнул воздух из надутых щек.
– Вот так вот, парни… и Блажка. Я не могу возглавить Серых ублюдков, как бы мне ни хотелось, но я буду благодарен, если вы позволите мне остаться посвященным.
– Голосуем, – прогремел Овес. – Поднимите руку, кто за то, чтобы старик остался Ублюдком, когда будет прозябать в Умбровых горах!
