— Поговори, но мне кажется, он тоже будет против подобных учений, — Луис глотнул кофе.
— После подготовки на Кубе мы отправились в Никарагуа, и по возвращении отрабатывали проведение диверсий на особо охраняемых объектах. Так что караулы тоже несли службу с боевыми. Как говорится, кое-какой опыт имеется, — Седой посмотрел на своих ребят.
— От случайностей никто не застрахован, — пожал плечами кубинец.
— Но их можно свести к нулю.
Старший военный советник прибыл в учебный центр, как и обещал, через неделю. Поздоровавшись, все прошли на веранду.
— Твое предложение местным понравилось. Они согласны, чтобы вы сами провели отбор бойцов, способных пройти курс подготовки. Но возник вопрос: что делать с теми, кто сейчас находится в учебном центре?
— Подготовим их нести службу по охране объектов. Много времени это не займет. Десяток парней заберем для дальнейшего обучения, а офицеров гнал бы поганой метлой, — Седой смотрел на советника.
— Все так плохо? — брови советника приподнялись.
— Кто им вообще звания дал? — покачал головой Седой.
— С этим все сложно, — вздохнул советник. — Иногда звания дают не за знания, а за то, что особо приближен к верхушке. В частях на юге есть офицеры, которые учились в Союзе.
— Тогда нам надо на юг, — уверенно произнес Седой.
— Вероятность там встретить противника очень высока. Много мелких банд, и юаровцы постоянно беспокоят, хоть с ними и есть некоторые договоренности.
— Когда мы можем приступить к отбору людей?
— Решу вопрос с вертушкой — и отправитесь. Но у меня просьба: оставь в центре хотя бы пару ребят, пусть начинают готовить этих для охраны. Ты же сам говорил, что кругом одни дыры, — покачал головой советник.
— Добро, решу. Всем нам нет смысла лететь.
— Ну, ты только сильно их не прорежай, — засмеялся советник. — Нам надо хотя бы человек сорок собрать.
— Еще пожелания?
— Хотели встряхнуть маленько нынешних курсантов и их офицеров, — улыбнулся Седой.
— Каким образом?
— Провести диверсию…
— Учения? — советник, глотнув кофе, с интересом смотрел на Седого.
— Нет… Всех используем вслепую. Пеленаем часовых, закидываем казармы взрывпакетами… В общем, полный шухер. Они же тут как у Христа за пазухой. Офицеры вообще обуревшие, а глядя на них, и солдаты себя ведут соответственно. И ведь в морду не дашь — не педагогично, — засмеялся Седой.
— Но ведь тогда придется идти на боевые… — советник потер переносицу.
— Верно, но риск минимален. Мы подобное в Союзе проделывали, а там солдаты подготовлены в разы лучше.
— Заманчиво… Может, ты и прав, и местных надо встряхнуть, а заодно показать, кто такой диверсант… И ваш авторитет поднимется в небеса, а заодно и кубинцев. Надо подумать. Но зачем тебе это? Если ты их все одно будешь готовить охранять объекты.
— Чтобы знали, что их ждет, если проспят диверсанта, — уверенно произнес Седой.
— Тут ты прав… Ладно, в ближайшие пару дней прикину, как это преподнести местным генералам.
— А вот их бы в известность ставить не надо. Я так понимаю, здесь понятие секретности относительное. А у нас двое офицеров — сыновья каких-то шишек. Тем более мы же не обязаны докладывать о всех шагах, предпринимаемых для повышения боевой подготовки личного состава, — качнул головой Седой.
— Не обязаны, — засмеялся советник.
— Вот и отлично!
— Чем еще вам помочь?
— Пока все, но в процессе могут еще возникнуть пожелания и просьбы, — Седой глотнул кофе.
Следующие несколько дней парни проводили занятия, присматривались к курсантам и определяли, кого можно отобрать для дальнейшей подготовки, а кого готовить для несения охраны.
— Командир, человек пятнадцать, максимум, набираем. Остальные либо не тянут физически, либо слишком ленивы, — покачал головой Игорь.
— Карт-бланш нам дали, на днях дадут вертушку — посмотрим, кого ещё сможем отобрать.
— Главное, чтобы не оказалось, что наши ещё не самые плохие…
— Серег, ты уж совсем не драматизируй, — покачал головой Седой.
— Командир, знаешь, смотрю на местных и удивляюсь. Ангола не так далеко, но там народ совсем другой. Про Кубу и Никарагуа молчу — местные рядом не стоят.
— Серег, но мы ничего сделать не можем. Надо лепить бойцов из того материала, которым мы располагаем.
— Это понятно, но мы-то их мотивировать не можем. Они сами должны осознавать, что воюют за свою страну, свой народ, — горячо произнёс Сергей.
— Да всё ты правильно говоришь. Вот только как местным это в голову вложить…
В последующие дни, после разговора с советником, Седой дал команду работать с курсантами в щадящем режиме. Но некоторые офицеры восприняли это неправильно, видимо посчитав, что своим поведением могут выстраивать комфортные условия службы в ущерб получаемым навыкам. Вечером, сидя на веранде, Седой пил ром и матерился.
— Вот уроды… Считают, что они тут главные…
— Командир, остынь. Хочешь — завтра поломаем этих офицеров, и всех делов, — улыбнулся Сергей.
— Нет. Сегодня устраиваем ночь кошмара. С солдатами поаккуратней, а вот этих, так называемых офицеров, гнобим по полной, чтобы обосрались в прямом смысле, — зло произнёс Седой.
