–Никто не знал того, матушка-царица, что ловким парнем окажется сей Михайло. Ножиком троих моих людишек порешил. Так к ангелам отправил, что и пикнуть не смогли.
–А что брат его? – просила царица.
–Божится, что сонное зелье брату подмешал. Но, видать, брат не столь прост оказался.
–А не мог Петро предать?
–Нет, матушка-царица. Сей всего боится. И ныне просит нас спасти его от мести брата. Говорит не жить ему, коли Михайлу не споймают.
–Хорошо, Степан. Спрячь сего Петруху.
–Уже сделано, матушка-царица. Но есть еще одна новость.
–Хорошая?
Степан Попов пожал плечами, и царица поняла, что новость плохая.
–Говори!
–Клешнин пропал.
–Царский оружничий?
–Да.
–И он пропал? Но как мог пропасть оружничий? Это не торговец пирожками!
–Матушка-государыня, я сам был в его доме. Он пуст. Ни Клешнина, ни его жены, ни дочерей.
–Что говорят холопы?
–Они ничего не знают, государыня. Откуда им знать?
–К пытке ставил? – спросила царица.
–Нет. В том не было надобности.
–Как нет надобности? Но где тогда оружничий?
–Клешнин сбежал, – ответил Попов.
–А если его забрали? Он был верным человеком мужу моему Борису Федоровичу. Посланцы самозванца могли добраться до него.
–Нет, матушка-государыня. Исчез и дьяк Разбойного Приказа Патрикеев. Этот ушел вместе со всеми холопами своими из Москвы. Его дом пуст. Он вывез все добро на десяти возах. То проверено.
–И при чем здесь Патрикеев?
–Выяснил я, матушка, что Клешнин посетил Патрикеева. И сразу после того он отправился не к себе в Приказ, а домой. На следующий день он исчез. И его семья исчезла. А еще через три дня выехал из Москвы Патрикеев.
–Послать людей к Патрикееву в вотчину! – приказала царица.
–Его вотчина в Рязани. Там много мятежников, матушка-царица. Пока оттуда его не достать.
Глаза Годуновой светились гневом. Она прошептала:
–Ничего. Припомню я тебе, дьяк, это предательство. Кровью умоешься.
–Потом мы его достанем, матушка-царица. Но и это еще не все.
–А что еще?
–Исчезла из темницы девица Отрепьева.
–Что?
–Сам Патрикеев помог ей сбежать.
–Поймать!
–Людей уже послали! Они всю Москву перевернут!
–Это если она еще в Москве, Степан! Она не дура! Могла сбежать!
–Не думаю, матушка. Она здесь. Я чувствую это.
–Нужно призвать в Москву Богдашку Бельского! И ты сам отправляйся за ним. Привезти его ко мне! Мой муж царь Борис удалил его из Москвы. Пора снова использовать его!
–Но Бельский может предать!
–Мы пожалуем его в бояре! Я верну ему его вотчины и дам новые. Я награжу его имуществом изменников.
–Тогда я завтра же отправлюсь за Бельским.
–Сегодня же!
–Хорошо, матушка-царица, сегодня.
Степан Попов, был сказан (произведен) новым царем в думные дворяне и ему пожаловали новые вотчины. Он уже больше десяти лет служил Марии Годуновой. Вернее чем он, она не имела человека…
***
Царица отправилась в покои своего сына Федора. Он во всем полагался на мать. Потому настоящей правительницей царства Московского была именно она.
Царь сидел в окружении ближних бояр. Увидев вдовую царицу, все поднялись с кресел. Поднялся и молодой государь.
–Матушка!
–Государь! В Москве измена!
–Что?
–Твои люди не видят опасности, которая угрожает тебе. Не могу же я одна следить за всем.
–Но что случилось? – спросил Федор.
–Измена. Девица Елена Отрепьева сбежала из застенков Разбойного приказа. Сбежали Патрикеев и Клешнин!
–Как? – искренне удивился Федор Борисович. – Семен Андреевич сбежал? К самозванцу? Может ли быть сие?
–Не знаю, куда сбежал Клешнин, сын мой, но он сбежал. Предают самые верные. Мало ли мой муж и царь сделал для Клешнина?
Боярин Семен Годунов был удивлен больше иных.
«Клешнин бежал! Но ведь Федор еще крепко держит в руках скипетр и державу. Или нет? У Клешнина нюх на опасность. И если он сбежал, то стало быть не верит в Федора. Ох! Грехи наши тяжкие!»
–Боярин! – Мария Годунова обратилась к нему. – Боярин! Что с тобой?
–Прости, матушка-царица. Задумался я.
–Вызвала я от имени царя в Москву опального Богдана Бельского.
–Бельского? – удивился Семен Годунов.
–Он был в опричнине, и он племянник моего отца Григория Лукьяновича Скуратова-Бельского!
–И у Клешнина была верность. Да вот нынегде он? – сказал боярин Семен. – Нельзя доверять Бельскому, государыня.
–А кому можно? – Годунова посмотрела на боярина. – Надобно установить порядок и карать всех изменников. Бельский это сможет!
Воевода Басманов, бывший здесь, был недоволен тем, что увидел. Годунова была похожа на своего отца кровавого палача Малюту Скуратова.
–Воевода! – колючие глаза царицы нашли и его.
–Да, матушка-государыня!
–Тебе надлежит отправиться к войску под Кромы!
–Мне?
–Тебе. Ты отныне Второй воевода! Телятьевский верен, но не сможет сделать всего как надобно! А ты поймаешь самозванца. Времени терять нельзя.
–Как прикажешь, государыня.
–С тобой поедут верные мои телохранители. Они станут тебя оберегать от изменников!
Басманов понял, что эти люди не его охрана, но его оберегатели от измены. Мария Григорьевна, как говорили, посылала, своих псов к неугодным. Они могли сделать все по её приказу.
–Как прикажешь, матушка-государыня.
Федор поддержал все, что сказала мать…
***
