– Димитрий Иванович пожаловал меня за верность.
– И я тебя пожалую, дьяк. Быть тебе большим человеком. В том слово даю. Но! Есть против тебя кое-что, дьяк.
Шишкин побледнел как полотно.
Бельский продолжил:
–Знает царевич о том, что есть предатель в его стане. И того предателя искать станут.
– Станут боярин, – согласился дьяк.
– И рано или поздно найдут.
– То не так просто, боярин. Коли ты ничего не скажешь, то и не найдут. Мало ли людишек в окружении царевича?
Бельский ответил дьяку:
– Но разве знает государь Димитрий Иванович, что ты дьяк Шишкин?
– Нет.
– Но на Москве тебя знают многие. И коль скоро царевич будет здесь, кто-то скажет о тебе.
– Дак велик ли грех назваться чужим именем? Что с того?
– Грех не велик если не заподозрят в тебе человека Клешнина. И, ежели ты не желаешь, чтобы тебя нашли, надобно проявить хитрость.
–И что делать?
–Надлежит нам с тобой шпиона самим найти и царевичу о том сказать. Что де нет больше ворога, который на его государское здравие покушался.
Шишкин согласился с этим. Хорошо бы такого человека найти в окружении царевича.
– И коли он сыщется, надобно его ворогом делу государя объявить.
– Оно так, боярин. Но на кого показать? – спросил Шишкин.
– А как ты полагаешь, дьяк, может шляхтич Нильский быть тем шпионом? – спросил Бельский.
– Дак на него и думали тогда. Пан Бучинский, секретарь царевича, тогда и заарестовал его.
– Вот как? – обрадовался Бельский. – А с чего его отпустили?
– Дак панна Елена спасла его тогда.
– Елена?
– Она сказала, что шляхтич был у неё все время. А не поверить панне царевич не мог.
– Вот оно что! И это нам на руку, дьяк. Помогу я тебе грех твой смыть. Никто более на тебя думать не станет. Нильский что за человек? Откуда взялся в вашем войске?
–Шляхтич мелкий. Выслужил чин поручика гусарской хоругви в войске князя Замойского.
–Он человек Замойского? Коронного гетмана?
–Да. Родился в его замке от мелкого шляхтича, что занимал должность чашника при дворе князя.
– Значит персона невеликая?
– Нет. Роду незнатного из голопузой шляхты. Был он послан от коронного гетмана Замойского к воеводе Мнишеку.
– Был послан с письмом?
– Точно так, боярин. Был поручиком в гусарской хоругви князя и князь отправил его к воеводе в Самбор.
– И перешел к царевичу? Но Замойский ведь недруг Димитрию Ивановичу?
– И то верно, боярин. Он против помощи нашему царевичу со стороны Речи Посполитой.
– Все сходится. Мы нашли шпиона! Хотя имя князя Замойского трепать не стоит. Он большой вельможа в Речи Посполитой. А Нильский попросту исчезнет вместе с Еленой.
– Пан задумал взять девицу себе? – спросил дьяк.
– Да.
– Но, боярин, ведь знает кто она.
– Знаю. Она дочь мелкого дворянина. А он сын Грозного царя и мой воспитанник. Или она так дорога царевичу?
– Была дорога. Но не думаю, что теперь будет. Коли привязать её к шпиону и убийце.
– И сим действием мы отведем подозрения от того, кто на деле планы царевича выдавал. И за сие дьяк ты станешь мне верным человеком.
– Я и так твой, боярин.
– Вот и хорошо, дьяк. Я умею ценить верность…
***
Кромы.
Военный лагерь.
16 мая 1605 года.
У шатра воеводы Басманова стояли среди охраны верные люди Марии Годуновой. Эти просто так не отступят. Боярин Пушкин решил действовать быстро и дерзко.
– Сотник! – позвал он запорожского атамана.
Высокий запорожец в польском заплатанном кунтуше с саблей на боку стал перед боярином. На его худом лице горели глаза и два шрама пересекались крестом на правой щеке. Ветер теребил седую прядь волос на макушке. Шапку сотник держал в руке.
– Что прикажет, пан боярин?
– Дело важное, сотник.
– Когда зовут сотника Шило, то стало дело важное.
– Видишь шатер?
Шило посмотрел в указанном направлении.
– То шатер русского воеводы.
– Надобно тихо убрать его охрану.
– Сие не трудно.
– Но все должно быть тихо. Никто и пикнуть не должен. Я хочу спокойно переговорить с Басмановым.
– Все сделаю как надо…
***
Казаки запорожской сотни быстро перебили людей Марии Годуновой у палатки воеводы Петра Басманова. Никто тревоги не поднял. Шило сделал все, как и обещал.
Посланец Димитрия Ивановича, поблагодарил их и сказал:
– Теперь уходите.
– А ты, боярин? – спросил сотник Шило.
– Я сам позабочусь о себе. Ты, сотник, дело свое сделал.
– Как прикажешь, но я должен охранять тебя…
– Я сказал, что сам позабочусь о себе, сотник.
***
Гаврила Пушкин вошел в шатер боярина Басманова. Тот был удивлен появлением неизвестного человека.
Пушкин вошел к воеводе словно к старому знакомцу. Он поздоровался и сел на небольшой стул. Руки от оружия он убрал в знак мирных намерений.
– И кто ты такой?
– Боярин Пушкин, – спокойно представился посланец самозванца.
– От самозванца? – вскочил с места Басманов.
– Да ты сядь, боярин. Разговор только начали, а ты к сабле кидаешься. Я пришел один.
– Но ты пришел от самозванца!
– От царевича, – поправил его Пушкин. – Мой государь Димитрий Иванович Московский шлет тебе, воевода, пожелания доброго здравия.
– И что?
– Он зовет тебя под свои знамена!
– И ты посмел мне сказать сие? – снова вскипел Басманов.
Но Пушкин не испугался.
