– Вот так номер! Так вы говорите, что Стелла Джексон – ваша бабушка? – переспросил Майлз.
– Ну, да. Так ее зовут. А вы что, знаете ее?
– Еще бы! – Майлз энергично хлопнул себя по бедру. – Да в списке борцов за гражданские права Стелла Джексон уже давно и прочно занимает первую позицию. Можно сказать, звезда первой величины! Когда я учился в Гарварде, студенты всегда произносили ее имя с особым пиететом. Она, между прочим, была в танцевальном зале Адубон, когда там 21 февраля 1965 года застрелили известного борца за права чернокожих Малкольма Икса. И на том знаменитом митинге в Вашингтоне, на котором Мартин Лютер Кинг-младший выступил со своей знаменитой речью «У меня есть мечта». Она приезжала к нам в Гарвард, встречалась со студентами-юристами. Честно признаюсь, я сидел на той встрече, обливаясь слезами. Так она ваша бабушка? – снова повторил он свой вопрос. – А я думал, что у вас, Электра, нет кровных родственников.
– Она недавно отыскалась, – ответила я, устыдившись того, что за все время нашего знакомства с Майлзом ни разу не обмолвилась в разговорах с ним о том, что у меня есть бабушка.
– Не сойти мне с этого места! – воскликнул Майлз, что в его устах означало, что новость ПОТРЯСЛА его. – Вау, вау и еще раз вау! И вы понятия не имели, кто она такая?
– Ни малейшего. Сама же она мне ничего не рассказывала, – ответила я, прочитав в глазах Майлза полнейшее благоговение перед именем моей бабули.
– Ходят слухи, что если Обама выиграет президентскую гонку, то Стеллу Джексон вполне могут задействовать в новой администрации в роли советника. Какие-то гены вы, Электра, точно унаследовали от нее. А сейчас, глядя на вас, особенно с этой вашей новой прической, могу констатировать, что вы ее живая копия, – добавил он.
– Приятно осознавать, что твоя бабушка такая влиятельная персона, правда? – заметила Лиззи, каким-то внутренним чутьем уловив мое напряжение. – Пойду припудрю носик после столь долгого и столь непростого разговора, стоившего мне кучу нервов, – добавила она и направилась из гостиной в ванную комнату.
– Ну, как поговорили с Лиззи? – спросила я у Майлза, намеренно меняя тему разговора и осторожно усаживаясь на диван в своих узеньких брючках.
– Что-то решили, что-то – нет, – ответил Майлз уклончиво. – Я всемерно готов ей помочь, но представлять ее интересы в суде должен адвокат из Калифорнии. Там законодательство по части бракоразводных процессов существенно отличается от нашего, но я дал ей имя одного очень хорошего адвоката, которого знаю лично. Сдается мне, что ее муженек будет стараться изо всех сил, чтобы припереть ее к стенке и сделать все возможное, чтобы лишить ее всего. Но, к счастью, закон на ее стороне. Так что вряд ли у него что-то получится. Разве что станет затягивать процесс всеми возможными способами. В любом случае Лиззи сейчас нужны наличные деньги и крыша над головой, причем и то и другое как можно скорее. Замечательно, Электра, что вы приютили ее у себя. Вы – очень хороший человек, – добавил он. – Хотя теперь, зная ваше происхождение, я ничуть не удивлен. Подумать только! Стелла Джексон – ваша бабушка. Я до сих пор в шоке.
– Наверное, когда я увижу Стеллу, то поинтересуюсь у нее, как так получилось, что я оказалась в Хейл-Хаусе. – Я бросила внимательный взгляд на Майлза и поняла, что на сей счет у него имеются какие-то свои предположения. – А как там Ванесса? – переменила я тему разговора.
– У нее пока все очень хорошо. Ида сказала мне, что в конце недели мы уже сможем навестить ее. Хорошо, однако мне пора домой. Работы сейчас у меня невпроворот. Если увидитесь с бабушкой, передайте ей, что я ее давний почитатель. Как только у меня появятся какие-то новости о Ванессе, я вам тотчас же перезвоню. Доброй ночи, Электра.
– Доброй ночи, Майлз, и спасибо вам за все, – отозвалась Лиззи, появившись в коридоре, когда он уже собирался закрыть за собой дверь.
Я тяжело вздохнула.
– Что с тобой сегодня? – спросила у меня Лиззи, остановившись рядом. Она, подбоченившись, обозрела меня изучающим взглядом.
– Да ничего. Правда ничего.
– Нет, с тобой что-то явно не так. Это имеет какое-то отношение к Майлзу?
Я стала нервно расхаживать по гостиной. Раздражение еще более усилилось, когда я увидела, как Лиззи налила себе очередной бокал белого вина из бутылки, стоявшей на столе.
– Ну, скажи же, Электра! Не держи в себе, – упорствовала Лиззи, сделав большой глоток.
– Да говорю же тебе, ничего особенного, – пожала я плечами в ответ, прекрасно понимая, что если не буду контролировать свой гнев, то вскоре взорвусь, как тот вулкан, и испепелю бедняжку Лиззи, чего мне совсем не хотелось.
– Да, наверняка все дело в Майлзе, – глубокомысленно заметила она. – У вас с ним отношения?
– Что?! Да ты с ума сошла! Нет, конечно!
– Ладно, Электра! Умерь свой пыл! – Лиззи глянула на меня, улыбаясь во весь рот. – Это же очевидно! Достаточно только увидеть, какими глазами он смотрит на тебя… Буквально пожирает взглядом.
