Несмотря на то что на следующее утро Сесили проснулась в холодном поту, досадуя на саму себя за то, что она так бездумно согласилась на приезд гостей, она тем не менее заметно оживилась, занявшись подготовкой к их приему. Собственно, с момента переезда в новый дом у них бывали только Кэтрин и Бобби, а все прочие домашние вечеринки, которые они раньше планировали устраивать у себя, были отложены после трагедии, случившейся с Сесили. И вот сейчас она самозабвенно наводила порядок в доме, вылизывала все до самых дальних уголков, во всех комнатах были расставлены вазы с букетами свежих цветов, которые отражались в отполированных до блеска поверхностях, – благо сад радовал своим цветочным изобилием. Сесили пригласила к себе и Кэтрин. Бобби не смог вырваться со службы, но это даже было к лучшему, поскольку сейчас число гостей-мужчин сравнялось с числом гостей-женщин, что, по мнению матери Сесили, всегда очень важно помнить хозяйке, особенно когда речь идет о званом обеде или ужине.
Гости должны были приехать в пятницу. Сесили выудила из корзин, которые когда-то привезла ей Кики, последние бутылки с шампанским в надежде на то, что игристое поможет сделать атмосферу вечера более раскованной, и тут же поставила их в холодильник для охлаждения. За всеми своими домашними хлопотами она пару дней не навещала Ньялу, но сегодня, прихватив себе в компаньоны Вульфи, снова направилась в лес. Не успела она появиться на поляне, как девочка тотчас же вышла из своей хижины. Глянув на нее мельком, Сесили отметила, как заметно округлился ее живот, который она больше не драпировала шарфом. Сейчас на ней был кусок какой-то материи, повязанный наподобие юбки прямо под животом. Сесили инстинктивно почувствовала, что время родов уже совсем близко.
–
– Ребеночек должен вот-вот появиться на свет, – ответил Найгаси, и они вместе направились к Ньяле.
– Она хорошо себя чувствует?
Найгаси утвердительно кивнул в ответ.
– А когда ты поедешь за ее матерью?
– Мать скоро приедет сюда.
– Здравствуй, Сесили, – приветливо улыбнулась девочка, когда они подошли к ней. Потом повернулась к Найгаси и царственным жестом руки приказала ему удалиться: ни дать ни взять, истинная королева, милостиво отпускающая своего слугу. Найгаси молча кивнул и покинул поляну, скрывшись между деревьев.
– Ну, как ты тут? – спросила у нее Сесили.
Ньяла обхватила руками свой живот и выразительно сверкнула глазами в ответ.
– Понимаю. – Сесили слегка коснулась рукой ее лба и почувствовала легкую испарину, выступившую на коже.
Девочка направилась к краю поляны, знаком велев Сесили следовать за ней туда, где сплелись густые кроны деревьев. Остановившись возле одного из деревьев, Ньяла развернулась лицом к Сесили и схватила ее за обе руки. Ее глаза внезапно наполнились страхом.
– Ты… – начала она прерывающимся голосом. – Помоги. – Она отпустила руки Сесили и показала на свой живот, а потом сделала руками движение, напоминающее то, как убаюкивают младенца в люльке.
– Помочь? Помочь во время родов? – Сесили повторила своими руками убаюкивающее движение.
– Нет! Помоги младенцу! Пожалуйста, Сесили!
И тут за спиной Ньялы, словно тень, возникла фигура Найгаси. Он обратился к ней на своем языке, жестом показав, что ей следует вернуться на поляну.
– А вы сейчас отправляйтесь к себе домой, – твердо сказал он Сесили.
Ньяла повернулась к ней, и в ее глазах Сесили прочитала все то, что она не могла сказать ей.
– Пожалуйста, помоги ребенку, – проартикулировала она одними губами, когда Найгаси повел ее прочь.
Сесили весь день размышляла над словами Ньялы, пытаясь вникнуть в их скрытый смысл; во второй половине дня, ближе к вечеру, приехал Билл.
– Дом выглядит великолепно, дорогая, как и ты сама, – похвалил он жену, когда она вышла из спальни в своем нарядном зеленом платье, намереваясь сделать последние приготовления к ужину. – Мне нравится нынешняя длина твоих волос. – Он взял одну кудряшку, упавшую на плечо, и накрутил ее на палец.
– Волосы отросли только потому, что больше я никому здесь не доверяю стрижку.
– А мне так нравится. Пожалуй, тебе стоит почаще носить их так, распущенными. Хорошо! Я сейчас в ванную. Совершу редкое омовение. В клубе Мутаига сейчас введено самое жесткое нормирование воды. А нас там, в клубе, как селедок в банке: живем по двое в каждой комнате, а ты же помнишь, какие там крохотные каморки, – бросил он, повернувшись, чтобы поспешить в ванную.
– Послушай, Билл.
– Да?
– Я сегодня видела Ньялу. Она чем-то очень расстроена… даже напугана. Из того, что она пыталась сказать мне, я поняла, что она хочет, чтобы я помогла ей во время родов. Я пояснила ей, что скоро приедет ее мать, но, по-моему, она меня не поняла. У нее уже подходят сроки. Спроси у Найгаси, скоро ли к ней приедет мать, ладно? Я не вынесу, если с ней что-то… – Сесили запнулась от переизбытка охвативших ее чувств, – что-то случится.
– Конечно, обязательно спрошу. Ньяла знает, ее мать появится, когда наступит время родов. Скорее всего, ты ее не так поняла.
