Изначально семь сестер прилетели на землю с неба и приземлились на высокой горе, полой сверху, а внизу была большая пещера, в которую вел тайный ход. Что позволяло сестрам незаметно проникать туда и оставаться невидимыми, когда они курсировали между небом и землей. Прилетая на землю, они обитали среди нас и жили в пещере. Однажды сестры отправились на охоту, чтобы раздобыть себе немного еды. Какой-то старик заприметил их, но они, всецело поглощенные охотой, даже не обратили на него внимания. Старик увязался за девушками, решил проследить, где они живут, потому что хотел обзавестись молодой женой. Когда они расположились на берегу заводи, чтобы немного передохнуть, он вдруг выпрыгнул из кустов и схватил самую младшую сестру. Все остальные бросились в панике обратно в пещеру. По тайному ходу они вскарабкались на самую вершину горы и улетели на небо, оставив на произвол судьбы несчастную младшую сестру, которая всеми силами пыталась вырваться из рук старика.
Какие же они, однако, подлые, мелькнуло у меня: бросили младшую сестру, даже не подумав прийти к ней на помощь.
Но бедняжке все же удалось как-то вырваться и скрыться в пещере. Там уже никого не было. Она поняла, что сестры вернулись на небо. Между тем старик упорно продолжал гнаться за нею. Тогда она тоже по тайному ходу взобралась на вершину и улетела вслед за сестрами на небо. Наверное, подумала я, старуха имеет в виду самую младшую сестру, которую звали Меропой. Правда, старуха называла какое-то другое имя. Получилось так, что младшенькая заблудилась на обратном пути и не смогла вернуться к своей семье, «кантри», если на языке аборигенов. Вот почему эту звезду можно лишь очень редко увидеть на небе.
Старуха наконец закончила свой рассказ и погрузилась в затяжное молчание, по-прежнему не сводя с меня глаз.
– Что для меня до сих пор остается загадкой, – обратилась я к Крисси, – так это почему папа удочерил только шестерых девочек, а седьмую так и не привез в дом.
– В нашей культуре принято считать, – ответила мне Крисси, – что на небесах зеркально повторяется все то, что происходит на земле.
– Старик, который преследовал сестер, – это, скорее всего, Орион. Папа рассказывал нам в детстве этот древнегреческий миф.
– Возможно, – согласилась со мной Крисси. – Вокруг Плеяд сотворено множество всяческих легенд и мифов. У каждого народа они свои. Бабушка изложила тебе легенду, которая до сих пор сохранилась у нашего народа.
– Откуда ты родом? – спросила меня старуха, возвращая в день сегодняшний.
– Не знаю. Меня удочерили.
– Ты отсюда, из наших мест, – сказала она, как отрезала. Взяла в руки какой-то длинный шест с нарезками и воткнула его в твердую пыльную землю. – Ты – наша
– Ты из нашей семьи, – тут же напомнила мне Крисси, потом повернулась к бабушке: – Я сразу догадалась, что она из наших. Как только увидела ее. Какая-то часть ее точно отсюда.
– Самая важная часть – ее сердце. Душа. – Старуха энергично ударила себя в грудь. Ее глаза цвета спелого ореха светились нескрываемой теплотой. Она снова протянула ко мне руку и пожала мою. Рукопожатие получилось неожиданно очень крепким. – Ты вернулась домой. Потому что твой дом – здесь.
Внезапно глаза у меня затуманились, и я почувствовала, что вот-вот расплачусь. Наверное, Крисси увидела, в каком я состоянии. Потому что немедленно поднялась с земли и помогла встать мне.
– Нам нужно идти, Мими, – обратилась она к бабушке. – Потому что у Сиси назначена еще одна встреча на сегодня.
Я бросила на Крисси признательный взгляд, цепко ухватившись за ее руку, чувствуя, что мне сейчас действительно нужна чья-то поддержка.
– Да, к сожалению, нам пора. Огромное вам спасибо за ваш интересный рассказ.
– О, у меня еще много таких историй. Приходи снова, и я обязательно расскажу их тебе, – пообещала мне старуха.
– Обязательно приду, – заверила я, подумав, какой у нее все же странный акцент. Никогда не слышала подобного произношения. Те немногие английские слова, которые проскальзывали в ее речи, она произносила широко, слегка нараспев, на такой австралийский манер, округляя каждое слово дополнительным согласным звуком в конце, словно стараясь смягчить его таким образом. – До свидания.
