Сестры полностью

Потом бью еще раз.

И еще.

И еще.

Солнце все выше и выше. Из-за жары начинает тошнить, голова кружится. Рубашка вся мокрая от пота. Замок остается цел, зато отламывается его дужка. Правда, я не сразу это понимаю и опять бью по коробке. Она падает на бок, и оттуда вываливается ее содержимое.

Диктор. Спонсор нашего подкаста – издательство «Макмиллан».

Руби Локвуд. Да, я ее помню. Правда, тогда она была блондинкой.

Уэст Маккрей (по телефону). Слушай… Кажется, у меня появилась зацепка. Не знаю, к чему она меня приведет… Но хоть что-то.

Дэнни Гилкрист (по телефону). Не радуйся раньше времени.

Уэст Маккрей (по телефону). Даже если я найду Сэди, она пошлет меня к черту, ты ведь это понимаешь?

Уэст Маккрей (в закусочной). То есть у нее были не такие волосы, как на фотографии? Светлые, а не темные?

Руби Локвуд. Да, и, судя по всему, она красилась сама. Такая тонюсенькая, хиленькая девочка. И еще она говорила с трудом. Вот что мне больше всего запомнилось: она заикалась.

Сол Локвуд. О! Точно… Теперь и я припоминаю. Она заказала… э-э… чашку кофе, и все. Я решил, что она из дому сбежала. Вы с ней еще слегка повздорили, да, Ру?

Уэст Маккрей. То есть вы с ней все-таки общались?

Руби Локвуд. Это она со мной пыталась пообщаться. Она не просто мимо проезжала. Она искала одного человека и поэтому задавала вопросы.

Уэст Маккрей. Кого же она искала?

Руби Локвуд. Своего отца.

Уэст Маккрей. Что-что?

Руби Локвуд. Она сказала, что ищет отца. У нее была фотография. Она знала его имя, знала, что он тут был завсегдатаем несколько лет назад. Хотела связаться с ним и пыталась выведать у меня, знаю ли я о нем что-нибудь.

Уэст Маккрей. И что же вы ей ответили?

Руби Локвуд. Я сказала, что в жизни не видела этого парня. Но она выглядела такой несчастной, что я прониклась к ней сочувствием и попросила у нее номер. Обещала позвонить, если вдруг его увижу.

Уэст Маккрей. У вас остался этот номер?

Руби Локвуд. Представляете, она сказала, что у нее нет мобильного. И это была еще одна странность: сейчас ведь у каждого младенца есть смартфон, скажите же? Даже у моей девяностолетней матери есть. В общем, я дала ей наше меню на вынос и сказала, чтобы сама нам звонила. Пообещала держать ее в курсе.

Уэст Маккрей. Подождите… Вы сказали: «Еще одна странность». А какой была первая?

Руби Локвуд. Я знала человека, которого она искала, и детей у него не было.

Уэст Маккрей (в студии). Этого человека зовут Даррен М. Не буду упоминать его фамилию, пока сам на него не выйду. Я вбил его данные в поисковик и нашел целую кучу Дарренов, но ни одного нужного.

Уэст Маккрей (обращается к Руби). Значит, вы все-таки знали его.

Руби Локвуд. Знала. Он говорил, что много лет был нашим завсегдатаем: всегда заходил на яблочный пирог, когда проезжал мимо.

Но лично я начала считать его завсегдатаем, только когда он переехал в Вагнер. Несколько месяцев жил с женщиной и каждый день у нас обедал. Хороший парень. Тихий, спокойный.

Уэст Маккрей. Вы знаете, как зовут ту женщину?

Руби Локвуд. Марли Сингер.

Уэст Маккрей. Вы еще общаетесь с Дарреном?

Руби Локвуд. Нет. Расставшись с Марли, он тут же уехал. Я больше его не видела. У меня какое-то время был его номер. Рэй умирал, и Даррен попросил сообщить, когда все будет кончено. После смерти Рэя Даррен прислал мне потрясающий букет белых роз. Очень трогательный жест. Но у меня не осталось того номера.

Уэст Маккрей. А вы не могли бы его поискать? Мне бы очень хотелось связаться с Дарреном.

Руби Локвуд. Сомневаюсь, что найду. И, повторюсь: не было у Даррена детей.

Уэст Маккрей. Вы так в этом уверены, но ведь он прожил здесь всего несколько месяцев. Логично предположить, что вы многого о нем не знаете.

Руби Локвуд. Я уверена, потому что спрашивала его об этом. Он сидел на том самом месте, где вы сейчас, мы болтали обо всякой ерунде, я спросила, есть ли у него дети, и он ответил: «Нет». Какое мне дело, есть у него дети или нет? Какой ему толк мне врать? Никакого.

Уэст Маккрей. А какой толк Сэди вам врать?

Руби Локвуд (смеется). Да будет вам. Думаете, она первая девочка, преследующая мужика, которого считает папочкой? И знаете еще что… Она вела себя очень грубо.

Уэст Маккрей. Как именно?

Руби Локвуд. Когда я сказала, что в жизни не видела Даррена, она сказала, будто я вру. Клянусь вам, она задумала что-то дурное. И ей не понравилось, что я это поняла.