– Нет, не нахожу. Если бы ваши чертовы «Старбаксы» не росли, как грибы, на каждом углу, если бы они не душили независимые кафе… – Скарлет размешивает сахар в чашке, пытаясь успокоиться. – Вы ходите из кафе в кафе, закрывая их, плюя на их владельцев, которые вложили в них всю свою жизнь – все, что у них есть, все свое время, все свои надежды, в…
Изикиел ждет, чтобы она закончила свое предложение, затем отодвигает свои пышки в сторону.
– Вы не обязаны продавать свое кафе, ведь никто вас не заставляет. – Он смотрит ей в глаза. – Но если вы подумываете о продаже кафе, то я рекомендую вам сделать это раньше, а не позже. Я видел ваши счета, и моя компания предлагает вам больше, чем рыночная стоимость вашего заведения. Чем дольше вы будете тянуть с решением этого вопроса, тем больше эта цифра изменится в меньшую сторону.
Он откидывается на спинку стула, Скарлет делает глубокий вздох, затем выдает:
– У вас когда-нибудь было что-то такое, что было бы вам настолько дорого, что без этого вы… чувствовали бы себя неполным, как будто от вас отхватили некий важный кусок?
– Нет, – отвечает Изикиел. – У меня никогда не было ничего такого. Должно быть, это что-то особенное.
– Да, если у вас это есть и вы это не потеряли.
Он мнется, словно сомневаясь, стоит ли ему говорить ей то, что он хочет сказать.
– Но кафе – это детище вашей бабушки, а не ваше.
Скарлет молчит. Под столом ее левое колено начинает трястись, пальцы дергаются. Она со злостью смотрит на сахарницу, затем на нетронутый кофе Изикиела.
– Вы не пьете свой кофе, – говорит девушка, не глядя ему в глаза.
– Он слишком горяч. Думаю, бариста хотела, чтобы я обжег язык.
– Возможно, у нее были на это причины.
Парень усмехается, облизывая свою ложку.
– Вы что, судачили обо мне?
– Город у нас небольшой. – Скарлет пожимает плечами. – Что я могу сделать с молвой?
Ее пальцы дергаются опять, и внезапно у нее возникает такое чувство, словно она хранит секрет, что-то наподобие шоколадной конфеты, спрятанной в кармане. Скарлет смотрит на его чашку, когда та вдруг опрокидывается, и сладкий, обжигающий кофе выливается на руку Изикиела.
Он отдергивает руку.
– Черт!
Она быстро приводит чашку в вертикальное положение и салфетками вытирает растекающийся кофе.
– Простите, я не знаю, как это… Я не хотела…
Илай уже встал.
– Вы – ходячая проблема, – говорит он, чуть заметно улыбаясь сквозь боль. – Если все так пойдет и дальше, я буду госпитализирован еще до заката.
– Скорее подставьте ее под холодную воду.
Изикиел исчезает, и Скарлет кладет салфетки, пропитанные кофе, в пустую чашку. Не могла же она опрокинуться сама, верно? Должно быть, я задела ее и опрокинула, думает девушка. Это единственное здравое объяснение, а Скарлет большая поклонница здравого смысла. Тесто не поднимается без дрожжей, а если падают чашки, значит, их кто-то толкнул. Точно так же она объяснила и испепеленного мотылька, и искры на своих пальцах (статическое электричество), и люстру, упавшую на голову Вульфа (неисправная электропроводка). Чего Скарлет не может отрицать, так это того, что перед тем, как чашка опрокинулась, сама она почувствовала прилив энергии. Как будто ее жилы превратились в медные провода, по которым, гудя, пошел электрический ток.
– О, не беспокойтесь насчет меня, со мной все в порядке.
Скарлет поднимает взгляд. Она совсем забыла про Изикиела, который теперь стоит рядом, показывая ей свою руку, на бледной коже которой краснеет ожог.
– Простите. Это вышло случайно.
– Надеюсь, что так. Учитывая количество случайностей, происходящих там, где находитесь вы, я начинаю беспокоиться за свою безопасность.
– Я… я не хотела.
Он улыбается.
– Вы в этом уверены? Надо думать, вы ненавидите меня достаточно для того, чтобы…
Скарлет сдвигает брови. Она, и правда, думала, что ненавидит его, но теперь, услышав эти слова из его собственных уст, уже не уверена, что это так.
– Я не испытываю к вам ненависти.
Изикиел кивком показывает на дверь:
– Послушайте, как насчет того, чтобы пройтись? Думаю, какое-то время мне будет лучше держаться подальше от горячих напитков. Мы могли бы поговорить и на улице.
Скарлет слегка пожимает плечами и чуть заметно кивает.
– Пожалуй.
– Тогда постарайтесь сдержать свой энтузиазм. – Изикиел смеется. – Или я могу неправильно вас понять.
Неправильно ее понять? Скарлет думает о том, что почувствовала, когда увидела его впервые, и о том, что чувствует с тех самых пор, хотя про себя и пытается это отрицать. Беги. Ей надо бежать от него. Ничего хорошего из этого не выйдет. Одно только неблагоразумие, одни только сложности. Вместо этого она встает из-за стола и вслед за Вульфом выходит из кафе. На улице он сразу же останавливается, она врезается в него и спотыкается. Парень поворачивается, удерживает ее от падения, и на губах его играет все та же улыбка.
– Вы смотрите на меня, как будто я тот самый кусок торта «Бейкуэлл».
Скарлет хмурит брови.
– Я?..
– Вы хотели его съесть, – говорит он. – Когда только вошли.
