Лиана стоит перед отелем «Фицуильям», репетируя про себя то, что собирается сказать. По бокам ведущей ко входу каменной лестницы растут миниатюрные деревца. Величественные дубовые двери с ручками в виде позолоченных львиных голов закрыты. Над головой Лианы ветерок треплет темно-зеленый бархатный навес, на котором изящными золотыми буквами выведено:
Всякий раз, когда Лиана доходит до конца первого предложения, все остальные слова вылетают у нее из головы. Она повторяла и повторяла этот текст в поезде, произнося его одними губами, пока сидевший рядом с ней мужчина не встал и не перешел на другую сторону вагона. Однако теперь ей никак не удается вспомнить то, что должно следовать за первой фразой.
В конце концов девушка делает глубокий вздох и призывает к себе дух Черной птицы. Будь смелой, будь отважной, говорит она себе. И, поднявшись по лестнице, Ана открывает массивную дубовую дверь и входит в сверкающий вестибюль. Здесь она приглаживает свои перышки, складывает крылья и решительно идет к стойке регистрации.
За стойкой стоит эффектная женщина с блестящими светлыми волосами и надутыми накрашенными ярко-красной помадой губами, что-то напевая себе под нос. Лиана не сразу узнает мотив. «Битлз».
Несколько мгновений девушка стоит, напевая про себя слова песни и вспоминая свою мать. Затем выдыхает. Все будет хорошо. Все будет хорошо.
– Доброе утро, – щебечет женщина, когда Лиана подходит к стойке. – Добро пожаловать в отель «Фицуильям».
Лиана молчит, колеблясь.
– Чем я могу вам помочь?
– Я, э-э, я ищу… – Лиана безуспешно пытается вспомнить заученный текст. – Я ищу мою сестру. Она тут работает.
Женщина – судя по бейджику на лацкане, ее зовут Кэсси – настороженно смотрит на Ану.
– А как зовут вашу сестру?
– Я… мы с ней давно не виделись, и…
Кэсси ждет, чтобы Лиана закончила предложение. Девушка пытается изобразить уверенную улыбку, но у нее ничего не выходит. Куда подевались ее смелость, ее отвага? Улыбка Кэсси окрашивается подозрением.
– Так как же зовут вашу сестру?
– Да, я…
Пальцы Кэсси повисают над клавиатурой компьютера.
– А как зовут вас?
– Э-э… Ана, Лиана.
Женщина печатает.
– Ли-а-на. А дальше?
– А, да, извините. Чивеше.
– Боюсь, вы ошиблись, – говорит она, посмотрев на монитор. – Среди персонала нашего отеля нет никого по фамилии Чи-ве-ше.
– А, ну да, дело в том, что она… – Лиана замолкает, потом ее осеняет. – У нее другая фамилия. Мы сестры только наполовину. У нас разные матери, разные фамилии… Она очень красивая, светлые вьющиеся волосы, голубые глаза…
По лицу портье видно, что она знает, о ком идет речь, и Ана понимает, что пришла по адресу.
– Но вы не знаете даже ее имени? – Улыбка Кэсси становится напряженной. – Раз так, я не стану вам ничего о ней говорить и прошу вас уйти.
– Нет. – Ана хмурит брови. Наверное – нет, не наверное, а наверняка, – если бы она сама была белой, а ее сестра чернокожей, этот разговор пошел бы совсем не так. – Пожалуйста, – говорит она, ненавидя себя за то, что в ее голосе звучат умоляющие нотки. – Пожалуйста, просто дело в том… что мы с ней никогда не встречались.
Кэсси щурит глаза.
– Никогда не встречались? Тогда почему вы так уверены, что она работает именно здесь? – Она переводит взгляд на телефон. – Вы что, следили за…
– Нет! – перебивает ее Лиана. – Нет, конечно, нет. Я… я… я видела ее во…
Кэсси протягивает руку к телефону.
– Извините, мисс Чи-ве-ше, но либо вы сейчас же уйдете, либо я вызову полицию.
Лиана качает головой, ее глаза наполняются слезами, и она пятится к старинным дубовым дверям. Толкает их, выходит, из-за пелены слез спотыкается и падает на каменные ступени.
Лиана провела всю вторую половину дня, бродя по городу. Она прошла мимо Королевского колледжа, мимо колледжа Святой Екатерины, мимо колледжа Гонвилла и Кайуса, и у нее было такое чувство, словно окна с частыми свинцовыми переплетами смотрят на нее и с усмешкой говорят, что она не найдет свою сестру, даже если потратит на ее поиски тысячу лет. Потом девушка, пыхтя, взобралась по лестнице из 123 ступенек на средневековую башню Большой Церкви Пресвятой Марии и, выйдя на ее вершине, обнаружила, что, пока она тащилась наверх, солнце спряталось за тучу. Вот и хорошо, подумала она, значит, она поднялась сюда не зря – город был великолепен под льющим с неба дождем.
Под ней Кембридж поднимался из воды, словно Атлантида – улицы блестели, будто реки, на вершинах башен трепетали флаги, глянцево мерцали горгульи и кованые железные кружева ворот, ярко зеленели лужайки, похожие на водоросли на морском дне. Лиана представляла себе свою сестру в виде русалки, незримо скользящей под водой, и, стоя на вершине башни, надеялась увидеть ее, всматриваясь, пока ее одежда не промокла.
