А еще мне нужно было выбраться из своей унылой комнаты. И я переселилась в мансарду над магазином, в светлое помещение с забавно изломанным скатным потолком, откуда с высоты птичьего полета открывался вид на оживленную
К своему удивлению, я поняла, что похожа на Габриэль больше, чем думала. Наше Нечто Лучшее отличалось, однако в конце концов сводилось к одному: нами должны восхищаться, нас должны узнавать, и мы должны быть в центре внимания. Все то, что с нами никогда не случалось.
Виши был полон чудес, одним из которых являлся «Пигмалион» – магазин, расположенный неподалеку, вниз по нашей улице. Когда, выполняя поручение Жираров, я в первый раз вошла в его двери, меня словно поразило молнией: огромное пространство, которое, казалось, никогда не закончится, было заполнено самыми дразнящими экспонатами – платьями, перчатками, туфлями. Это было место нового типа, то, что люди называли «универмагом». Он делился на отделы – галантерея, обувь, отдел готовой одежды, отдел шелковых тканей, шторы, мебель и так далее, и так далее, и так далее.
Здесь продавали неношеные блузки и юбки и готовые платья, не требовавшие переделки и подгонки, прелестные туфли, не хранившие запаха или отпечатка чьей-то ноги; на полках стояли духи и пудра, пока не открытые
Моим любимым местом был отдел приданого, где было все необходимое для обустройства домашнего хозяйства. Ночные рубашки, сорочки, носовые платки. Скатерти, салфетки и кружевные салфеточки. Простыни, наволочки, покрывала. Я незаметно проводила по ним ладонью – мечта, к которой можно прикоснуться. Как только Эдриенн будет помолвлена, говорила я себе, мы купим ей здесь приданое, и я помогу вышить ее инициалы на простынях. А потом в один прекрасный день мы вернемся сюда для меня.
То были мгновения чистого блаженства. Муж, дом, очаг.
В Виши все продавцы знали друг друга. Они часто собирались вместе на
Вскоре я подружилась с двумя девушками. Дельфина работала в отделе тканей «Пигмалиона» и обладала блестящим опытом обращения с клиентами. В своем шляпном магазине я пыталась подражать ее манере держаться – эффектно, уверенно. Софи из цветочного магазина пахла розами. Их всегда сопровождали молодые люди. Гарсоны, упаковщики и кассиры из «Пигмалиона», официанты и посыльные из отелей.
По вечерам, обычно в среду, мы ходили в пивной ресторанчик с низкими фиксированными ценами. В субботу – в танцевальный зал с бесплатным входом. Девушки обычно танцевали друг с другом, юноши в стороне пили пинар[33].
Время от времени под медленную мелодию они вставали и приглашали нас. А потом снова смотрели, как мы кружимся, смеясь и цепляясь друг за друга.
Чаще всего моим партнером был Ален, сын бакалейщика. И однажды Дельфина и Софи поинтересовались, что я о нем думаю.
– Он славный. – Я улыбнулась. – Такой уверенный в себе!
– Считаешь его красивым? – продолжала Софи.
У Алена были широкие плечи и сильные руки оттого, что он целый день поднимал тяжелые ящики. И мягкие карие глаза, в которых всегда светилась теплая улыбка.
– Наверное, да. – По пристальному взгляду подруг, напряженно ждущих моего ответа, я поняла – они спрашивают не для себя.
Когда в мае открылся сезон, Эдриенн приехала в Виши в компании поклонников с пышными усами и дорогими экипажами. Мод сопровождала их на скачках и в театре, что, на мой взгляд, не вязалось с серьезным подходом к сватовству.
Я навестила Эдриенн в маленьком отеле, где они остановились с Мод, и она продемонстрировала мне свой последний наряд – корсетную юбку, блузку из тонкого расшитого шифона, короткое болеро, подчеркивающее талию и ее естественную грацию, – все в оттенках серого с фиолетовым отливом.
