И если летун-президент с пупсом-премьером не в состоянии заботиться о сиротах, а вспоминают о них только в связи с правами ворья, то их самих следует сдать в приют. А если команда Немцова, или любого другого трепача, в состоянии обеспечить судьбу беспризорных — я первый нацеплю белую ленточку.
Это и есть тот самый искомый суд Соломона.
Статьи, заметки, эссе, опубликованные только в Facebook.
http://facebook.com/maxim.kantor.3
Сегодня в мире одновременно проходят два судебных разбирательства. На самом деле — это единый процесс, просто слушания проходят в разных залах.
Первое дело — это дело о ста тридцати миллиардах, которыми Евросоюз пытается остановить финансовую катастрофу Греции.
Второе дело — это дело о миллиардах, которые Березовский пытается отсудить у Абрамовича, считая эту сумму финансовым эквивалентом своей деятельности в России.
Если помочь Греции не удастся, то с большой вероятностью рухнет конструкция Объединенной Европы. Если рухнет конструкция Европы, пошатнется мировая система — это чревато войной. Экономический кризис тридцатых вел к мировой войне; массовые смертоубийства всегда применяют как средство оживления экономики. Мирное хозяйство буксует — тогда экономика поднимается за счет войны. Война — более выгодное производство, чем мир.
В экономике войны сегодня больше денег нежели в экономике мирной. На оружие тратится в десятки раз больше средств, чем те, что необходимы для спасения Греции. Более того, война фактически постоянно разогревается на медленном огне — Ирак, Афганистан, Ливия. Так ли была необходима операция в Ливии — или эти самые деньги следовало употребить на спасение мирной экономики? Так ли необходимо увеличить бюджет промышленного комплекса до астрономических цифр — или все-таки спасти Грецию? Ответ дан. То есть, вместо того, чтобы спасти людей от растерянности и нищеты — государства предпочитают вложить триллионы в производство орудий убийства людей. Это не вопрос гуманизма: это циклы капиталистического производства.
Сегодня мирная жизнь десятков миллионов людей под вопросом — цикл мирной экономики закончился. Еще пытаются лечить мир медикаментами. Пытаются вяло, но делают вид, что стараются. Врач заходит в палату, без энтузиазма щупает пульс. Требуется сто тридцать миллиардов, чтобы не рухнула Европа. Всего лишь! Дайте сто тридцать миллиардов — и возможно не рухнет мир.
Эту сумму стократно прожрали на корпоративных фуршетах, пропили на яхтах, проиграли в казино в Куршевеле. Это вообще — не деньги для хозяев жизни. Совокупное состояние пяти олигархов — вот вам и спасение Европы. Впрочем, мир не пользуется логикой продразверсток: непосильным трудом нажитые миллиарды богачи вправе потратить на свои нужды, а вовсе не на спасение человечества.
Дело о ста тридцати миллиардах слушается сегодня на европейских саммитах, и население Европы ждет приговора: дадут таблетку больному — или будут резать? Хотелось бы таблетку — однако, как бы ни ничтожна была сумма, ее надо где-то взять.
Одновременно с этим в Лондонском суде слушают дело Абрамовича-Березовского. Два человека со шкодливыми лицами рассказывают миру как они стали богачами.
Они говорят о том, что давно все знали, — но, как говорят в таких случаях, доказательств не было.
Все в России понимали, что залоговые аукционы — фиктивны. Недра земли, промышленность, ресурсы, формально принадлежавшие народу, были переданы частным лицам — по видимости это произошло на соревновательных началах, а деньги от аукционов якобы шли в бюджет. На деле же, коррумпированные чиновники распределяли собственность между собой и организованными преступными группировками. Обычно, когда такая реплика произносится, собеседник возмущается: а ты что, доказательства имеешь? Честно все было! Но вот, владелец собственности рассказал, что он купил ее, не имея денег, получил по договоренности, взяв в партнеры известных воров.
Это было сделано с ведома руководителей государства. Это произошло не при царе Горохе — это сделали вчера люди, которые уже перестали считать, что ограбили собственный народ. Это было фактически вторым закрепощением российского народа, сделали недавно. И даже известно каким образом и кто.
Абрамович рассказывает, что в состав акционеров компаний входили лидеры организованных преступных группировок (Антон Малевский и т. д.); он описывает, как передавал взятки в размеры миллионов долларов Березовскому, он объясняет как действовала система договоренностей между преступниками и чиновниками.
Он объяснил, как присвоил себе миллиарды — не создав ничего, не придумав ничего, не производя ничего. Его работой было умение договариваться с бандитами и администрацией, устройство корпоративных дел. И мир согласился, что такое умение договариваться и есть подлинная работа — а то, что прежде считалось работой, теперь не столь важно.
Происходящее — плевок в лицо законодательству.
