Между замерзших железных прутьев под плащом из кож скорчился человек. От этого зрелища Теону стало нехорошо; он опустился на колени, боясь, что может упасть с головокружительной высоты вниз, во двор. Кожи явно были содраны с женщин, были видны длинные волосы, а на одной даже осталась рука со скрюченными пальцами. Теон почувствовал, как тошнота подступает к горлу, и зажал рот изуродованными руками, не осмеливаясь оглянуться. Они видят меня. Они уже идут. Боги, я не смогу…
Отдаленный грохот все продолжался. «Меня еще не поймали», - подумал Теон. Он вскарабкался на крепостной зубец, ухватился за цепь и прыгнул.
До клетки было всего пять футов, но это расстояние показалось ему самым долгим в его жизни. Под ним открылся целый мир. Он снял с пояса отмычку, перекатился в сторону и ухватился за замок. Я упаду. У меня не получится. Он со слезами ударил по замку один раз и другой. В руках и ногах была такая слабость, словно вместо мышц в них вода, а падать так далеко, так далеко. Он ударил третий раз и рванул со всей силой, на которую было способно его жалкое тело.
Замок промерз насквозь, и с четвертым ударом он раскололся, словно лед на озере. Теон отшвырнул его, оставляя клочки кожи примерзшими к железу, и проследил, как он падает и скрывается в снегу. Потом он засунул все семь пальцев в щель между клеткой и дверью и открыл ее.
Человек в кожаном плаще, казалось, только сейчас заметил его. У него были каштановые волосы с сильной проседью, его лицо было обморожено, на носу и щеке содрана полоса кожи. Теон не мог определить, это произошло усилиями Рамси или от холода.
- Вылезай, лезь наверх, - прошипел он. – На стену. Давай. – Если Манс не сможет вылезти, им придется снова прыгать.
Одичалый поднял на него глаза, тусклые и мутные от боли и недоумения. Налетел порыв ветра, сердце Теона замерло, но Манс быстро пополз к открытой двери и чуть не вывалился наружу.
- Перевертыш, какого хрена ты тут делаешь?
- Нет времени. Вперед. – Теон вскарабкался по цепи, к сомнительному укрытию крепостной стены. У него не хватит сил, чтобы перетащить Манса через стену, если тот не сможет сделать это сам. Теон проклял свое убожество. Вонючка, Вонючка-канючка. Наконец он перекинул одну ногу на зубец, потом вторую, и лег ничком, тяжело дыша.
Через мгновение, которое показалось Теону вечностью, показались руки Манса. Он со стоном перелез через край стены и рухнул рядом с Теоном.
- Нужно было держаться отсюда подальше, - сказал он, не открывая глаз. - Ты ведь сбежал.
- Да, но… меня поймали. – Теон понимал, что говорит бессвязно, но в такой момент не до красноречия. – Тут лестница. Нужно спуститься. Тормунд. Одичалые. Они здесь. Они привели меня.
- Тормунд? – Король-за-Стеной, казалось, удивился. – Неужто? Этот здоровенный пердячий бурдюк? Что ж. Будет некрасиво. Испортить все дело. – Манс мог говорить только короткими предложениями, и когда он поднялся на ноги и, шатаясь, пошел по стене, Теон заметил у него на животе и груди засохшую кровь. – Значит, Перевертыш. Нужно. Его повидать.
Теон встал на четвереньки, потом поднялся на ноги.
- Абель, - сказал он. – Ты был Абель, а я Вонючка. Зачем… зачем ты здесь? – У него не было ни малейшего представления.
- Потом. – Манс вскарабкался на крепостной зубец. – Вниз?
- Да. – Теон перегнулся через край стены. Он видел внизу Торегга Высокого, который яростно махал им, чтобы они поторопились. – Я скажу… ты скажешь, а потом мы…
Где-то совсем рядом раздался свист, а потом звук удара. В прежней жизни Теон был искусным лучником. Он понял, что это, еще до того как Торегг Высокий замер, а потом медленно коснулся стрелы, которая до оперения вошла ему в плечо.
Теон оторвал от стрелы взгляд и увидел в тридцати ярдах от себя лучника в цветах Болтонов, который уже наложил на тетиву следующую стрелу. А потом он снова посмотрел вниз и увидел, что эта стрела вонзилась Тореггу в живот. Тот застонал, пошатнулся и упал.
Теон побежал. Он перекинул руку Манса через плечо, и они оба поковыляли по стене, словно пара пьяных калек, убегающих от стражи. Слепой ведет слепого. Он почти нес на себе Манса; король одичалых, похоже, не мог наступать на правую ногу. Прыгай, Перевертыш, прыгай. Но под ним были только жадные руки деревьев. Я не умею летать. Не умею. Падение со стены убьет одного из них, а может, сразу обоих.
Внизу во дворе раздавались крики. У него над головой пролетела стрела, потом другая. Они знают, что мы здесь. Было слишком легко добраться до клетки. Слишком легко.
И все же они еще бежали. Они, должно быть, уже достигли восточных ворот, и он все еще поддерживал Манса. Его прачки отдали жизни за меня и за Джейни, и я умру за него, если придется. Вдруг перед ним оказалась башня Великого Замка, окно и дверь.
Теон всем весом навалился на дверь. «Помоги мне», - крикнул он Мансу, и король одичалых подчинился. Они вдвоем вломились в дверь и провалились в почти кромешную тьму. Осколки льда вонзились в шею и плечи.
