- Нет, - сказал Эйегон, и лорд Джон постарался скрыть вздох облегчения. – Моя битва здесь, мой трон здесь. Миэрин в тысячах лиг отсюда, в нем царят война и смерть. Но если Дейенерис вскоре не появится, мне остается только надеть шутовской колпак и ходить на руках. А если она вообще не появится, тогда… этот план Вариса, он настолько безумный, что может сработать, но…
- Мы должны действовать… отважно, - посоветовал Коннингтон, чуть не сказав «разумно». – Захватить все, что нам под силу, призвать под наши знамена Дорн и Штормовые земли и, если получится, Западные и Речные земли.
Мальчик прав, это подло и бесчестно. Во время Колокольной битвы Коннингтон не взял в плен Роберта Баратеона, потому что не хотел губить ни в чем не повинных горожан. И к чему это привело – к бесчестью и изгнанию. Хоть это ему и не по душе, нужно, чтобы сердце стало таким же твердым, как и пальцы. Я и так уже превращаюсь в камень. Но умирающий стоит на ступень ближе к суду Семерых, и ему не хотелось воссоединиться в загробной жизни со своим серебряным принцем и сказать ему, что он возвел его сына на трон ценой превращения его в своего деда.
- Дорн, - язвительно произнес Эйегон. – Дорн и благоразумного принца Дорана. Я способен прочитать карту. Дорн на юге, милорд. Штормовой Предел – это не Королевская Гавань. И Солнечное Копье тоже.
- Я понимаю ваши чувства, мой принц, но мы должны действовать с осторожностью…
- Ну да, - сказал Эйегон. – Шаг за шагом, дюйм за дюймом. Именно этого от нас хотят кукловоды. Если бы только знать, кто они. Но я не собираюсь ехать в Дорн.
- Не поедете? – Этого Коннингтон и боялся. – Мой принц, вы должны…
- Я поступлю так, как должно. Это мой трон. И я собираюсь завоевать его. Сейчас.
- Так вы…
- Да, - сказал Эйегон и улыбнулся. – Я дам Варису и моей кузине время на то, чтобы они привели в действие свой план, но не более того. Тогда мы пойдем на Королевскую Гавань, а за нами двинутся западные и речные лорды, пока их кровь горяча. А если моя тетушка наконец пошевелится и вернется с драконами, она обнаружит меня восседающим на Железном Троне. Те же, кто будет возражать, отведают, каково пламя на вкус. Как вам такая позиция для переговоров?
«Устрашающе», - подумал Джон Коннингтон. Он не мог объяснить, почему почувствовал слабую, еле уловимую тревогу. Вам стоило остаться, Варис. Тогда вы увидели бы, что мальчик – истинный Таргариен.
========== Санса ==========
- Это вы. – Ей следовало бы сказать еще что-нибудь, все равно что, но она вся оцепенела от изумления. Такого просто не могло быть, но вопреки всем случайностям, это правда. – Вы.
- Я, - согласился он с улыбкой, которая больше походила на гримасу. Все еще держа ее за руку, он втолкнул ее в гостиницу, потребовал у хозяина две комнаты и швырнул на прилавок четыре оленя. Потом он потащил ее наверх – со стороны это выглядело так, что Санса ожидала, что за ними ринется толпа потенциальных героев, вооруженных подсвечниками и ножами для нарезания мяса. Но наверху были лишь они двое, да стена, к которой он ее прижал.
Ее ноги оторвались от пола, а сердце бешено стучало. Она все еще была слишком ошеломлена, чтобы говорить. Ее истинный рыцарь, который не был рыцарем, наконец чудесным образом появился, чтобы спасти ее. Однако его грубое обращение и ужас, который он наводил на окружающих, полностью развеяли те чары, которые Санса сама себе напридумывала. Она идеализировала Пса, думая о нем, как о своем защитнике, мечтала о поцелуе, полюбила воспоминание о нем. Она жаждала увидеть его вновь, хотела утихомирить бушующую в нем ярость. Но все это было в его отсутствие. А теперь перед ней стоял жесткий, грубый, ожесточенный, устрашающий, опасный человек. Санса хотела было отвести глаза, но вспомнила, как он всегда в таких случаях огрызался на нее. Поэтому она, трепеща, выдержала его взгляд, насколько ей это удалось. Раз я смогла справиться с сиром Шадриком, то и с этим справлюсь.
- Семь преисподних, девочка, - сказал Пес, нарушив наводящую жуть тишину. – Какого хрена ты здесь делаешь? Я повстречал двух Сынов Воина, они мне сказали, что тебя похитили, а ты, оказывается, шляешься по округе, словно выбралась на гребаный пикник! Я думал, что даже ты не настолько…
- Меня действительно похитили. – Она не могла допустить, чтобы он снова назвал ее маленькой глупой болтливой девочкой. Не здесь, не сейчас. – М-меня увез межевой рыцарь, сир Шадрик.
Пес фыркнул.
- И что, за пару поцелуев он позволил тебе выпорхнуть из клетки?
- Нет! Я убила его! А теперь поставьте меня на пол. Хватит, вы пугаете меня. Почему вы все время такой злой?
Сандор Клиган вздрогнул. Впервые за все время он вгляделся в ее лицо и увидел, как сильно прижал ее к стене, какая она растрепанная и грязная. Он что-то неразборчиво пробормотал, а потом, не говоря ни слова, поставил ее на ноги.
