Интересно, что олени, приспособившись, могут питаться травами даже в зимнее время. Известно, что на востоке Якутской АССР, на Чукотке полустихийно сформировалась порода оленей харгин, которые могут обходиться без лишайников.
Наблюдения показывают, что устойчивость экосистем прямо пропорциональна фитомассе (ее общему весу на единицу площади и ежегодному приросту) и обратно пропорциональна наличию подземных льдов (рис. 17). Так, в арктической тундре общая фитомасса колеблется от 5 ц/га на повышенных участках рельефа с господством пятнистых тундр до 20 ц/га в понижениях (прирост от 0,5 до 7 ц/га). По мере движения к югу фитомасса увеличивается (см. табл.), одновременно увеличивается и устойчивость экосистем. Экосистемы с малым количеством фитомассы неустойчивы, особенно на вечномерзлых грунтах с подземными льдами.
При уменьшении массы растений и ее прироста вследствие природно-климатических причин или антропогенной деятельности идет прямо пропорциональный процесс снижения устойчивости экосистем, особенно на Крайнем Севере.
Животный мир тоже подвергается интенсивному изменению вследствие освоения Севера. Формы этого воздействия порою неожиданны, они требуют обобщения и осмысления.
Например, интенсивные вырубки и особенно лесные пожары приводят к тому, что на огромных площадях вместо хвойных лесов появляются густые заросли лиственных пород, прежде всего осины и березы, которые являются хорошим кормом для лосей. Поэтому увеличение численности лося в последние годы — результат не только его тщательной охраны, но и улучшения кормовой базы таежных лесов. Так, в Якутии по данным авиаучета летом 1976 г. насчитывалось более 80 тыс. лосей — почти вдвое больше, чем шесть лет назад.
Примерно такая же ситуация складывается и в других таежных районах Севера, где нет интенсивного освоения.
Разрастание площади малинников на вырубках и пожарищах и одновременный рост поголовья лосей улучшает кормовую базу медведей. В ряде таежных районов их поголовье увеличилось, особенно там, где произошло укрупнение поселков за счет сокращения мелких. Рост числа различных экспедиций, в том числе занимающихся взрывами зимой, привело к тому, что медведи в некоторых местах выходят из берлог, прерывая зимнюю спячку.
Особенно сильна реакция на испуг у соболя, глухаря, тетерева. Беспокойство для животных, идущее от экспедиций, усиливается охотниками-любителями, которые на снегоходах «Буран» могут достигать любых районов.
Повторяющиеся нарушения покоя животных отрицательно сказываются на их физиологических функциях. В нормальных условиях потеря животными энергии зимой минимальна. При беспокойстве у них возрастает количество движений, а значит, увеличивается и расход их энергопотенциала. Так, глухарь, тетерев, куропатка, потревоженные шумом, вылетают из-под снега и ночуют на деревьях, вследствие чего снижаются запасы энергии, необходимой для гнездового периода. Больше того, многие животные гибнут или с трудом образуют пары, а нередко вообще покидают участки обитания.
Еще один пример непредсказуемого влияния на животных при освоении Севера. Газопровод Мессояха — Норильск, проложенный из Гыданского полуострова на Таймыр, пересек пути миграции диких северных оленей — самого крупного в мире стада, насчитывающего более 450 тыс. животных. Лето олени проводят в Центральном Таймыре, на зиму уходят в тайгу, концентрируясь в основном на восточном берегу Енисея. Во время миграций олени подходят к газопроводу и идут вдоль него на запад, пересекают Енисей и сосредоточиваются в северо-восточных таежных районах Западной Сибири, где их раньше не было. На конец 1976 г., по данным Госохотоинспекции Ямало-Ненецкого автономного округа, здесь насчитывалось более 17 тыс. диких северных оленей.
