– Ах ты, плешка тараканья! – в сердцах выругалась я и обернулась к черной полосе леса, уходящей вверх по холму. Тишина стояла такая, что хотелось похлопать себя по ушам, чтобы убедиться, что меня не контузили. Случайно набежавшая туча набросала свежего снега, но сейчас на небе ярко сияли звезды. Стояло новолуние. В мягких темных изгибах ночного леса мерещилось черти что. Я вспомнила странное чувство, которое охватило меня перед тем, как Касьян заявил, что у него приступ. Оно и сейчас не исчезло, нудно приговаривая на задворках сознания. Лучше в лес, только не в дом, тревожился внутренний голос. Найди снежную яму под нижними ветками ели, как учила Жало, забейся туда и дождись утра. Будет холодно, но от мороза и ветра ты спасешься. Утром будем штурмовать в дом. Нам нужны припасы и снаряжение. И если Касьян окажется внутри, придется его убить.
Последняя мысль мне совсем не понравилась, и даже не потому, что я по-прежнему чувствовала себя должной этому человеку, а потому, что я впервые сомневалась в собственных силах. Каким-то уж больно не предсказуемым оказался этот тип. Однако идея спрятаться под ветками ели мне понравилась, тем более что идти особо было некуда. Лесопилка представлялась так же далеко, как и луна.
Однако в ту ночь судьба решила всерьез испытать меня на прочность. Я еще не успела и шага ступить, как от границы леса отделилось что-то большое и черное и грузно потрусило в мою сторону. Я уставилась на неповоротливый силуэт, однако очки ночного видения не требовались. По запаху и низким, рычащим звукам я догадывалась, что заинтересовала какого-то хищника, бродящего в округе. И больше всего этот силуэт походил на медвежий. Я логично предположила, что тигр одолел бы расстояние до меня в пару прыжков, а значит, я напоролась на шатуна. Вероятно, его еще раньше привлек свет из окон нашего дома. Если Касьян бывал в этом месте нечасто, дикие звери привыкли считать территорию своей. Внезапное появление чужаков, то есть, нас, не могло остаться незамеченным.
Размышляла я недолго. Развернулась и со всех ног помчалась обратно к дому. Лучше я буду иметь дело с человеком, пусть и с психованным, чем с неспящим зимой медведем. Да я и с обычным медведем вряд ли бы справилась, поэтому выбора не было. Тем более, что зверюга очевидно мной заинтересовалась.
– Открой! – грохнула я по двери и внезапно ввалилась внутрь дома, так как дверь оказалась незапертой. В следующую секунду у моей шеи клацнули зубы – я этот звук ни с чем бы не перепутала, и из темноты на меня вывалился Касьян, рычащий, будто тот самый медведь, который топтался уже на крыльце.
Я на инстинкте отклонилась, спасая горло, но этот гад, Касьян, а не медведь, меня все-таки укусил. Вскрикнув, я схватилась за плечо, из которого будто вырвали клок мяса – болело ужасно, и саданула кулаком туда, где должен был находиться его нос.
Я в кого-то попала, потому что Касьян исчез, но разбираться времени не было – в дом вломился медведь. Я только и увидела, как на зверюгу вдруг бросился еще один темный силуэт, отдаленно напоминающий человеческий, и прыгал он будто с потолка.
Не став разбираться, что за чертовщина творится в доме, я метнулась в свою комнату, схватила с кровати одеяло – первое, что попалось под руку, и выпрыгнула с ним в окно, так как кто-то уже топтался на пороге. Уточнять я не стала. Завернувшись в одеяло, я бросилась петлять по лесу, надеясь, что второго неспящего медведя не встречу. Что же до других зверей, то пусть они хотя бы встречаются по очереди. Я еще с первым хищником – или хищниками – не разобралась.
И только обежав холм, я подумала о том, что Касьяну могла понадобиться помощь. Дом давно скрылся за черными стволами, вокруг меня вздымались мрачные пики елей, трещал мороз, и я нырнула в первую попавшуюся пещерку под еловыми ветками, заваленными снегом. Там и предалась мукам совести. Та часть меня, которая все еще испытывала благодарность за спасение, и которой, очевидно, Касьян приглянулся, требовала поднять замерзший зад и выручать хозяина дома. Но другая, та, которая всегда отвечала за выживание, логично предположила, что Касьян сейчас либо мертв, либо проявил свои суперспособности, которые помогали ему выслеживать меня в лесу, и сам спас себя от медведя, закрывшись, например, в бункере.
Ему там тепло и хорошо, не то, что мне. Наверняка под каждой комнатой у него имелся люк, ведущий в погреб. Последняя мысль звучало достаточно убедительно, чтобы я успокоилась и подумала о себе. Мое положение было куда менее завидным. Вот наступит утро, тогда и проверю, как он там. Закутавшись в одеяло, я закидала дыру изнутри снегом и, скорчившись, принялась дожидаться рассвета, уверенная, что не засну. Однако за тот бесконечный вечер я обманула себя дважды, потому что через пару минут уже отключилась, потеряв последние силы.