– Некоторые наши желания имеют честь сбываться, – серьезно заметил Феликс. – Но я не советую тебе там ходить одному.
Юля фыркнула и перевела разговор Марте и Лене. Впечатлительная скрипачка, на лице которой играло пламя костра, почему-то поежилась – ей вдруг показалось, что в озере и правда кто-то есть. А Лена вдруг вспомнила историю, которая случилась с ней, когда она была маленькой.
– Я и мои старшие сестры поехали в деревню к бабушке, – говорила она приглушенным голосом, а Юля, как заправский переводчик, тихо повторяла ее рассказ Феликсу на его родном языке. – А около деревни, как водится, была речка, где мы с местными ребятишками проводили целые дни напролет. Однажды подружка сказала мне и моим сестрам, что, мол, купаться можно не только в речке, есть еще неподалеку от деревни озеро в лесу, с очень теплой водой и чистое. Она нам даже объяснила, как до него можно добраться, ну мы с сестрами и пошли туда, дурочки маленькие. Мы долго его искали, но нашли. Разделись, побежали купаться и заигрались там до сумерек самых почти – а темнело в деревне очень быстро. Вышли мы на берег, чтобы обсохнуть и собраться, сидим, костянику жуем и тут, – голос Лены понизился, – и тут мы видим, как на противоположной стороне озера откуда-то выплывает женщина – голая, со спутанными темными волосами. А ведь лес кругом, никто на озеро больше не приходил. Я и сестра на нее таращимся, соображая, откуда она могла выплыть и где ее одежда, как она нас видит и начинает махать и звать к себе. А мы почему-то испугались и стоим столбами. И тут она начинает плыть к нам и смеяться. Блин, я не знаю, что это было, но мне показалось, что я увидела плавник…
Крис громко ухмыльнулся, Стас и Леша разулыбались, у Юли на лице поселился скепсис. А Лена, поглаживая рукой живот, продолжала:
– Старшая сестра вдруг шепчет: «Лена, Соня, это русалка! Побежали отсюда!», хватает меня и Соню за руки, и мы убегаем, а эта тетка жуткая нам вслед ржет. В общем, мы как три пули долетели до деревни, побежали к бабушке и все ей рассказали. А она нас чуть ремнем не отходила за то, что мы на то озеро ушли. Во-первых, она нам с дедом только на речку ходить разрешала, во-вторых, об этом озере по всей округе ходила дурная слава и озеро это, – тут Лена неожиданно повысила голос, напугав Марту и Криса, – называлось Русалочьим! Местные не раз видели в нем женщин с хвостами. И там часто по неизвестным причинам тонули люди. Подружка наша, дура, пошутить над нами хотела, вот и отправила на Русалочье озеро.
– Любимая, а ты нашему сыну неплохие сказки будешь рассказывать, – поцеловал ее в висок Леша. – У тебя хорошо получатся.
– Это не сказки! – сверкнули ее глаза. – Я с сестрами, правда, видела эту тетку с длинными волосами и плавником!
– Может быть, там женщина с ластами плавала, а вы не заметили, как она пришла, – сказала Юля, но Лена только губы поджала.
– Ха-ха-ха, может, и сейчас в этом озере какая-нибудь голая телка появится? – спросил Крис, глотая пиво. – Мужики, если что, я к ней первый на очереди!
Юлька дала другу подзатыльник, чтобы тот заткнулся.
– Хватит пить, – велела она ему. – А то не только русалок начнешь видеть, но и рогатых монстров.
Крис надулся.
Разговор о русалках и прочих мистических существах продолжался, и Стас ради прикола даже предложил устроить голосование.
– Кто у нас в русалок верит, поднимет руки, – весело предложил он. Естественно, руку подняла Лена, изловчившись и схватив руку мужа, чтобы поднять и ее, а еще – Феликс. Марта от голосования воздержалась. Остальные считали это сказками и глупостями, особенно Крис.
После Стас вновь взял в руки гитару и стал наигрывать известную песню, которую сначала запели парни, а затем подхватили и девушки. Феликс молча слушал, изредка попивая красное вино, и глядел в костер, как будто б разговаривая с ним. После Стас решил наиграть несколько известных песен англо-американских исполнителей, и теперь уже и Визард присоединился к выразительному негромкому хору. Поскольку большинство поющих были музыкально одаренными людьми, то и пели они красиво, не фальшивя, и с душой. Песни, некогда покорившие мир, как свободные птицы, пролетали над поляной с костром и палатками, над сосновым бором, над спокойным умиротворенным озером и растворялись в звездной выси.
Следом за гитарой раздалось пение скрипки – Крис прознал о том, что сестра его подруги сегодня взяла с собой свой музыкальный инструмент, и упросил ее что-нибудь сыграть. Марта с трудом поддалась на уговоры, но все же исполнила пару вещей Эжена Изаи. После скрипку попросил Феликс, который не раз говорил, что именно скрипка – его любимый инструмент. Марта, естественно, не возражала, и несколько минут компания, затаив дыхание, слушала одну из пронзительных сонат Баха, пока Крис не заорал на всю округу, явно перепугав всех медведей, если, конечно, они там водились:
– А-а-а! Паук! Паук!
– Ну, ты дебил, – покачал головой Стас, убирая из-за шиворота оранжевой футболки паучка и отпуская его на траву.
– Я – дебил?! А тебе под футболку эта тварь заползала? – разорался Крис.
