— Нет, при медикаментозном лечении сердце само по себе возвращается к своей первоначальной форме. Но на это понадобится несколько дней, а то и недель. Дополнительные сложности связаны с ураганом. Сейчас больной находится под наблюдением; мы дали ему аспирин и диуретики, но он должен получать бета-блокаторы и АПФ. В больничной аптеке нужные лекарства закончились. При нормальных обстоятельствах мы обратились бы в любую другую больницу в городе. Я послал бы «скорую», и лекарства были бы здесь меньше чем через двадцать минут. Но сейчас отправить кого-то в другую больницу очень сложно, к тому же мы знаем, что и там не хватает лекарств.
— Тогда что вы собираетесь делать?
— Все, что в наших силах: наблюдение, полный покой, паллиативные средства от боли и прочее, пока все не уладится. Его сердцу требуются огромные усилия, чтобы качать кровь, а тут еще и сильная боль… Но вы можете помочь нам. — Он сделал паузу, глядя на них. — Когда мы сообщили вашему другу о его состоянии и нехватке лекарств, мистер Дюпри заявил, что желает покинуть больницу, и потребовал добровольную выписку.
— А это для него не опасно? — Джонсон нахмурился.
— Очень опасно, хотя восстановление обычно проходит без проблем. Если не лечиться и не прилагать усилий, состояние может осложниться, и это приведет к разрыву левого желудочка. Если такое произойдет, он мгновенно умрет.
— В таком случае не позволяйте ему покидать больницу, — сказал Булл.
Доктор пожал плечами.
— Если б обстоятельства складывались иначе, я попросил бы вас убедить его, но вы видите, что творится, — сказал он, оглядываясь. — Не хватает кроватей, носилок… Кардиомиопатия такоцубо — очень любопытная для врача патология, я хотел бы пронаблюдать его эволюцию, но обстоятельства критические. Нам пришлось отказаться от кондиционера, чтобы генератор поддерживал жизнеобеспечение, закончилось дизельное топливо. Поговаривают об эвакуации больницы. Я не буду держать здесь никого, кто желает уйти по своей воле. Постарайтесь убедить его.
— Мы можем его увидеть?
— Сейчас ему дают лекарства, зайдите чуть позже. И нам нужно ваше сотрудничество еще по одному делу. Неврологи и психиатры, которые наблюдают женщину, приехавшую вместе с вами, хотят задать несколько вопросов. Они буквально в шоке. Цирк уродов, — сказал он, примирительно глядя на Амайю.
Но лицо ее не смягчилось.
— Я остаюсь, — сказал Джонсон, жестом указывая на дверь за спиной, — а то мало ли что…
— Я пойду, — решительно сказал Булл, направляясь вслед за врачами.
— И я, — сказала Амайя.
— И я, — добавил Шарбу, бросив на нее выразительный взгляд.
— Где вы нашли эту женщину? — спросил один из врачей при их появлении.
Амайя изучала его лицо: оно выражало неподдельный интерес, но также и нездоровое возбуждение, вызванное количеством необычных явлений, с которыми он столкнулся в последние дни: ураган, разразившаяся в городе катастрофа, азартная охота на хищника по имени Композитор, чудовищность его преступления. Ее начинало утомлять это любопытство, вызванное явлением, которое другой врач назвал «цирком уродов». Доктор словно ждал новых экстравагантностей и явно считал их ответственными за то, что ему довелось лицезреть. Она нетерпеливо посмотрела в разбитое окно. Четвертый этаж спасал от воды, но не от сильной жары: некоторые окна разбил ураган, но остальные были закрыты, как и входные двери. «Возможно, — подумала Амайя, — это необходимо для безопасности пациентов с психическими расстройствами».
Молчание пора было прервать, а лица ее коллег, должно быть, не выражали должной уверенности, поэтому доктор опустил взгляд, будто о чем-то задумавшись, и продолжил:
— Я доктор Стоун, — представился он, — заведующий отделением неврологии. Доктор Маттеу — заведующий отделением психиатрии. — Он сделал шаг вперед и протянул руку, указывая на коллегу.
— Как чувствует себя пациентка? — спросил Булл.
Врачи переглянулись.
— Неплохо, учитывая обстоятельства. У нее очень тяжелый открытый перелом. К сожалению, наши операционные располагаются на первом этаже, который, как вы знаете, затоплен. Когда вода начала подниматься, все оборудование переместили на второй и третий этажи, но для операции там нет ни условий, ни подходящих помещений. Сейчас мы оперируем только в случае вопросов жизни и смерти. — Доктора снова переглянулись, прежде чем продолжить. — Итак, это вы привезли ее к нам. В отделении «Скорой помощи» упоминали о похищении. Мы также предполагаем, что ее удерживали насильно…
Амайя и Шарбу переглянулись, Булл устремил взгляд в пол.
