— Да, вроде бы, он неплохой парень. Смущает только то, что он не от Тьяна или Криса.
Доротея вдруг резко отстранилась, не разрывая зрительного контакта:
— Дамиан, меня немного беспокоит Тьян.
— Ты имеешь в виду его упорные ухаживания за Руминой?
— Нет, это их личное дело. — Отрезала она и задумчиво поглядела в окно, не спеша пояснять свою мысль. Через пару минут, когда я уже решил, что она забыла, продолжила, как будто рассуждая вслух, сама с собой. — Понимаешь я и раньше видела, что он что-то скрывает, но мне казалось это чем-то малозначительным, знаешь, чем-то вроде воровства соседских яблок в детстве. Ты заметил, что он стал каким-то более нервным? — Я отрицательно покачал головой. — Я понимаю, что вы трое знакомы с детства, и тебе виднее. Просто эта мысль не даёт мне покоя. Я не вижу ничего, за что можно зацепиться, ну бабник он, да и боги с ним, ну болтлив не в меру, но о важном он не треплется, ну чувства такта нет, но это, скорее, издержки профессии. В целом и общем он хорош, очень хорош, но называй это, как хочешь, хоть интуицией, хоть предчувствием, но что-то с ним не так. Ты знаешь, в чём дело?
— Нет. — Я снова покачал головой, ничего такого и не замечал, рассеянно потёр переносицу.
— Пойми у меня нет желания или нужды рассорить вас, но и промолчать я тоже не могу.
Тея выглядела растерянной. Не верить жене не было причин, как и не было причин не доверять Себастьяну. Да, дилемма.
— Хорошо, Тея, обещаю, что внимательнее присмотрюсь к Тьяну, но после нашего отпуска.
— Мы, что отправляемся прямо сейчас? — Доротея смешно округлила глаза и выглядела сейчас совсем юной, хоть она и так была молода, но иногда её вездесущая практичность заставляла забыть, что между нами довольно внушительная разница в возрасте.
— Да, вернее сказать, сейчас мы идём в свои покои. Ты собираешься свой чудесный сундучок с травами, берёшь с собой своего мохнатого оболтуса, и тогда мы отправимся.
— А вещи? Охрана?
— Расслабься, я обо всем позаботился.
Портал на этот раз открывал сам Дамиан. Из портала мы вышли в хвойном лесу метрах в десяти от самой настоящей бревенчатой избы. Я неприлично открыла рот.
— Что это за место?
— Это старый дом лесничего в поместье моей матушки, которое отошло короне в виде приданого.
— Я правильно понимаю, что не её родители получили выгоду от брака, а твой отец?
— Всё верно.
— Ну вы и дельцы, — покачала головой.
— А я-то здесь причём? — Справедливо возмутился Дамиан.
— Ну да, — растерялась я, — в самом деле, причём?
Домик был совсем небольшой — спальня, кухня и сени. Чуть поодаль стояла бревенчатая банька, рядом с ней колодец. Никакой изгороди и признаков близкой цивилизации.
— Сюда могут открывать портал только члены императорской семьи, — пояснил муж в ответ на мой немой вопрос.
В доме пахло смолистым деревом и какими-то травами, похоже на вереск, душицу, смородину и чабрец. На кухне обнаружился лаз в подпол. Обстановка была скромной. Изразцовая печь, шкаф с кухонной утварью, полки с сухими продуктами, стол, табуретки и лавка, ещё кадка под воду да деревянный черпак с длинной ручкой. Спальня порадовала широкой кроватью с мягкой периной, пушистым одеялом выглядывающим из-под лоскутного покрывала, небольшим шкафом с простой одеждой, постельным бельем, полотенцами. Окно закрывал льняной синий занавес и невесомый белоснежный тюль. Дамиан, затаив дыхание, ждал моей реакции, и я не стала мучать его ожиданием.
— Дами, это сказка. Здесь чудесно.
Супруг, казалось, взлетел на седьмое небо от счастья. Неужели всерьез думал, что такое место может не понравится. Мы быстро переоделись в простую одежду из шкафа. Дамиан надел тонкую хлопковую рубаху и плотные штаны. У меня на выбор были платья, юбка с блузкой или свободные брюки. Истосковавшись во дворце по штанам, я отложила юбки и платья в самый дальний угол. Дамиан взял ведро и отправился к колодцу, нужно было принести воду в дом и баню. Я же первым делом нырнула в подпол, чтобы провести ревизию продуктов. Вниз вела добротная простая деревянная лестница. Яма была с мой рост глубиной и размером примерно два на два метра. Стены ямы были земляными. Две из них занимал большой угловой стеллаж с широкими полками. Под ним в плетеных корзинах с песком лежали свекла, морковь, репа и брюква. В другом углу под лестницей в загородке с песком лежал картофель. На стеллаже лежали колбасы, сыр, стояло молоко, соленья, свежая, квашеная капуста, тыква, творог, яйца, мед, масло. Всего было понемногу, видимо, это принесли прямо перед нашим приходом.
— Ну что там? — Заглянул Дамиан, вернувшийся с водой.
— Тут все есть, в том числе и свежее молоко. Сейчас определюсь, что взять, и начну готовить.
— Угу, — раздался сверху голос мужа, — я как раз успею пару чурок расколоть, чтобы было чем печь растопить, а потом уже баней займусь.
— И что, прям САМ Великий Император Великой Империи Рамин будет топором махать, о чурки сучковатые мозоли натирать?
— А как же! — Хохотнул "великий". — Надо же куда-то дурь свою девать, а тут такой случай.
