Отряд ярла был наголову разгромлен, а сам он буквально каким-то чудом уцелел, скрывшись в лесах с небольшой горсткой своих людей. Карелы, сблизившись с русскими, приняли православие и стали подданными Великого Новгорода.
Всё, что готовили шведы ранее, теперь разом пошло прахом. Чуть-чуть подсластила эту чёрную новость весть о том, что в жестоком бою со всей дружиной князя был убит его близкий друг, знаменитый воевода барон Андреас Любекский, чему свидетельствовал доставленный из битвы его личный меч. Радовало так же то, что русские понесли жестокие потери, и теперь им нужно было много времени, чтобы от них оправиться.
И всё-таки все планы шведов рухнули с этим Ледовым походом русских, и теперь нужно было хорошо подумать, что делать дальше, и кто во всём этом виноват!
– А я предупреждал вас не лезть пока в Карелию и не связываться с Русью! – глухо, сквозь зубы выговорил Эрик, – Куда нам было спешить и лезть вперёд в одиночку? Шла подготовка к большому крестовому походу на восток, уже, кстати, благословенному католической церковью. Собирались большие силы и средства, заключались союзы, обучались войне с русскими племенные финские дружины, которые отдали бы сполна свою кровь в предстоящей войне, сохранив тем самым жизни наших подданных. А что теперь прикажите делать, когда вот это всё рухнуло из-за тщеславной прихоти некоторых недальновидных господ? – и король хмуро обвёл сидящих в зале.
Кнут Хольмгерссон прекрасно понял, против кого, в первую очередь, направлен этот выпад монарха. И если теперь срочно не предпринять никаких действий, для него эти ошибки в Тавастии могут кончиться весьма и весьма плачевно. Кресло под главой королевского регентского совета буквально зашаталось.
– Позвольте, Ваше Величество! – возвысил он голос, воспользовавшись паузой в речи монарха, – Вы кого-то ещё и обвиняете в своих же личных ошибках и просчётах? Вы, который как мог сдерживал всех от решительных действий против нашего общего врага! Вы, который не прекращал торговлю с Русью, завязав её почти на треть от всего нашего оборота! Вы, который содействовал тому, чтобы русские купцы наводнили наши рынки и чувствовали себя вольготно не только в этом свободолюбивом Готланде, но даже и у нас под самым боком! Вы, который не давал большие королевские воинские силы для контроля Тавастии и который требовал опираться там больше на волю местных вождей! А не всё ли это, ваше Величество, и послужило тому, что до этого русского Ярослава дошли слухи о нашем готовящемся вторжении, и он нас попросту опередил, ударив через замёрзший залив заблаговременно? Нет, что Вы, как я могу обвинять Вас в измене интересам королевства!? Конечно, это, скорее всего, Ваши личные просчёты и недальновидность, приведшие в итоге к гибели наших трёх сотен отборных воинов в финских лесах. Всё это так, однако, есть ещё то, что добавляет в наши души сомнения. Это личные дела в Вашей семье! Да-да, Ваше Величество, именно в королевской семье. Позвольте спросить Вас при всех присутствующих здесь на этом Высшем Совете, а где сейчас находится Ваша родная сестра Марта, что с ней, и как себя чувствует после того путешествия, которое она совершила этим летом в германские земли?
«Это был последний гвоздь в крышку гроба над моим троном. Теперь он может делать со мной всё, что пожелает. И мне нужно отвечать» – отчётливо понял Эрик.
– Моя сестра Марта находится в замке города Сёдертелье, – бесцветным голосом тихо ответил на заданный вопрос король.
– Вы не ответили на весь вопрос, Ваше величество! – решительно глядя в глаза королю, продолжил давить на него Кнут.
– Я полагаю, что это личные дела, и они не стоят того, чтобы их выносить на обсуждении прилюдно! – лихорадочно затряс головой болезненный Эрик.
– Позвольте напомнить Вашему Величеству, что всё то, что происходит в семье монарха, напрямую касается и его подданных, а уж тем более Высшего Регентского совета королевства! – заявил регент, и в зале понёсся приглушённый шепот от присутствующих.
– Хорошо, – промолвил Эрик, – Моя сестра недавно родила мальчика и сейчас они находится под особым контролем в крепости города Сёдертелье. Вы наверное это хотели от меня услышать? – и он обвёл взглядом всех присутствующих, – Она отлучена от всех дел семьи. И никакого влияния на дела королевства не имеет! Больше мне пока добавить нечего!
– Ну что же, – встал со своего места Кнут Хольмгерссон, – Всё это очень печально, ведь это касается высшей власти королевства, которая не может быть ничем запятнанной. В этом же случае с герцогиней, как вы видите, всё совсем не просто, ведь она, извините, судя по всему, – и регент совета прокашлялся в кулак, – Родила ребёнка от этого самого русского барона Андреаса, который, будучи лучшим другом русского князя Ярослава, как раз-то и участвовал в уничтожении нашего отряда в лесах Тавастии. Не находите ли, уважаемые присутствующие, что здесь слишком уж много совпадений? – и Кнут с торжествующим видом обвёл всех в зале.
