Егерь спит, а женщина вышла в полночь на крыльцо, сняла с правой ноги башмак, и вдруг налетело множество всяких птиц, сняла женщина башмак с левой ноги, и набежало множество разных зверей. Женщина и спрашивает: «Слуги верные, можете ли вы найти мне то, сама не знаю что?» Все птицы кричат, что не знают, и звери тоже. Когда все умолкло, приблизилась к женщине одна птица и говорит: «Есть птица Ногай, она сто лет на свете живет, та, может быть, и знает». — «Сейчас же слетать голубю за птицей Ногаем», — распорядилась женщина. Голубь улетел, нашел птицу Ногая в дупле дерева, и через несколько времени с голубем прилетела большущая птица. Женщина спросила у Ногая, может ли она найти то, что она и сама не знает. Ногай сказала, что она этого не знает, а есть из зверей Кот-старогод триста лет на свете живет, тот должен знать; он теперь в кусту уж три года живет. Нарядила женщина за котом оленя. Нашел олень Кота-старогода, и чрез недолгое время явился огромный котище. Женщина и спрашивает кота: «Можешь ли ты найти то, сама еще не знаю, что?» — «Знаю, — говорит кот, — только трудно достать и очень далеко, и достать может только человек». — «Завтра приготовься в путь!» — приказала женщина. Рано утром разбудила женщина Егеря и сказала ему: «Ты сегодня поедешь дальше на коте, пищи я запасла на три дня, кот свезет тебя до места, а там сам увидишь, что делать». Поклали пищу на кота, сел ему на спину Егерь, и поскакал кот. Долго ли, коротко ли скакал кот, только вдруг Егерь видит стоит огромный дом, а вокруг дома высокая стена. Подскакал кот к самой стене, сбросил с себя Егеря и поскакал назад. Долго стоял пред воротами Егерь, потом отпер их и пробрался в дом, прошел по всем комнатам — пусто, никого нет, забрался он в одной комнате на печку, сидит и ждет, не явится ли кто к ночи. Пришел вечер, никого нет, заснул Егерь; вдруг в самую полночь все здание затряслось, шум страшный поднялся. Проснулся Егерь, темень страшная, ничего не видит; вдруг ветром рвануло в окне раму, смотрит — завертелась откуда-то взявшаяся жаровня, вспыхнула ужасным огнем, и в комнате стало светло; в окно влетело что-то черное и круглое и шлепнулось на пол. Испугался Егерь, сидит чуть жив, а все же смотрит. Вдруг круглое стало развертываться, развернулось, и видит Егерь, что чудное что-то пред ним: человек — не человек, зверь — не зверь, и птица — не птица, словом чудище какое-то. Село чудище за стол и закричало: «Некто!» — «Что, сударь?» — отвечал кто-то. «Давай есть и пить!» И вдруг на столе явилось всего множество, было чего поесть и попить. Стало чудовище пожирать кушанья и напитки, а Егерь смотрел и удивлялся. Жрало, жрало чудовище и с таким же шумом улетело, и окно захлопнулось, стало темно; прождал Егерь до утра и только тогда осмелился с печки слезть.
