– У отца была удивительная способность замечать все подобные мелочи, – вздохнул Дарвел, и в его голосе прозвучала тоска, – и быть в курсе всех дел. До сих пор понять не могу, как ему удавалось ничего не забыть. Я так не умею, да и Вандерт тоже.
– Твой отец очень придирчиво выбирал сыскарей и личных помощников, – помолчав, произнес Анвиез, – и вменил им в обязанность правило ежедневно писать для него отчеты. Обо всем, что они узнавали. Коротко, по существу. Писавшие меньше всех, и не замечавшие ничего необычного или интересного, в конце месяца недосчитывались жалованья. И бесполезно было приходить с жалобами или пояснениями что у них важное расследование. «У вас во время следствия слух отключается или зрение?» – язвил он, – «если во время вчерашнего допроса даже я увидел, что у принесшей чай горничной заплаканы глаза, а ты этого не заметил, то эта работа не для тебя».
– Сейчас сыскари подчиняются дяде… – буркнул наследник, – но ты совершенно прав. Пора их отобрать и проверить.
Покосился на барсов, которым маг уступил свое место, сев напротив ученика. Теперь в его бывшем кресле вольготно устроилась Рита, а Рис сидел возле хозяйки положив ей голову на колени и блаженно жмурился, когда она задумчиво почесывала его лоб.
– Вот лучшие из сыскарей, – заметил он, – хотя писать отчеты и не умеют. Приеду – закажу им парадные ошейники.
– Лучше сладкого сыра, они его больше любят, – посоветовала Ильда, доставая из саквояжа папку с бумагой и стило, – Рис, ложись, полежи.
– Ты решила написать отчет? – пошутил Дар.
– Нет… немного подготовиться, – буркнула она отстраненно и принялась что-то писать.
Спутники тайком посматривали на её сосредоточенное лицо и сгорали от любопытства, но знахарка ничего не замечала, увлеченная своим делом. Писала, перечеркивала, ненадолго задумывалась и снова писала. Затем взяла чистый лист, переписала получившееся начисто и протянула его наследнику.
– Первым делом нужно заказать вот такую вывеску. Лучше медную.
– Неправильно, – пробежав текст взглядом, авторитетно сообщил Дарвел, забрал у ошеломленной спутницы стило и уверенно сделал несколько исправлений. – Вот так.
– С чего это? – глянув на свою испорченную работу, возмутилась она, – это обман.
– Ничуть. Просто ты невнимательно посмотрела тот документ. – пояснил наследник с уверенностью человека, не сомневающегося в своей правоте, – я специально искал поместье с правом наследования имени знатного рода. Нельзя же допустить, чтобы разряженные сороки с высокомерием смотрели на девушку, которой я обязан жизнью? Анвиез всё ясно объяснил: еще полчаса на том морозе – и мне бы уже никогда не посчастливилось увидеть родную долину.
– Можно посмотреть? – учтиво попросил маг, вытаскивая листок из рук ошеломлённой знахарки. – Ну все верно… но имя я написал бы полностью. Нечего позволять им панибратство.
И добавил свое исправление. Отодвинул, полюбовался и с чувством прочел:
Целительница второй ступени лейда Энильда Лернон Анстор принимает служащих и домочадцев высокородного лэрда Дарвела Тайгерда
1) Круглосуточно – С различными ранами, травмами, отравлениями и острыми болями.
2) Со всеми прочими недомоганиями – ежедневно с девяти часов утра до полудня, кроме выходных и праздничных дней, о коих будет извещено заранее за сутки.
3) Гости высокородного лэрда Дарвела Тайгерда получают помощь целительницы лишь в случаях, упомянутых в первом пункте.
– Но в первые дни нужно будет поставить перед башней пару стражников, – написав на углу листка свою резолюцию, решил наследник, – некоторые гости довольно непонятливы.
– Сейчас у стражников и так наступит горячее времечко, – прозорливо ухмыльнулся маг, – в замке найдется немало упрямцев, готовых нарушить правила карантина.
– Их тоже неплохо бы записать заранее, эти правила, – задумчиво пробормотала знахарка, – чтобы не упустить в суматохе чего-нибудь важного.
– Верная мысль, – согласно кивнул Анвиез, – и для правдоподобности нужно действовать так, словно в замке и в самом деле бушует грозная болезнь. Вот что бы я сделал, чтобы не допустить ее распространения? Первым делом запретил бы всякие увеселения, праздничные застолья, пикники и прогулки… вообще любые компании. Хотя бы на первые три дня… пока не станет ясно, кто успел заразиться, а кто здоров.
– Запереть в своих комнатах по одному, – Дарвел кровожадно ухмыльнулся, представив эту прекрасную картину. Пустые, чистые залы, галереи и коридоры, тихие свободные гостиные и столовые для торжественных пиршеств… и добавил решительно – На пять дней, для верности.
