— Зачем тебе это? — воскликнула Лили, и тут же поспешила принять непринужденный вид: Джеймс задержал на ней заинтересованный взгляд.
— Ты не волнуйся, мы пойдём в масках и под оборотным. Нас не узнают, — взволнованно затараторила Нарцисса.
— Зачем тебе это? — пришёл черёд Лили проявлять настойчивость.
— Хочу раз и навсегда, избавиться от проклятого Малфоя! — с несвойственной яростной горячностью прошептала Нарцисса.
— И как ты планируешь это сделать?
— Я слышала, сходки этих рыцарей происходят в самых злачных местах с очень плохой репутацией. И я знаю, что Люциус Малфой не видит смысла в том, чтобы в узком кругу скрывать свои порочные страсти.
Лили брезгливо поморщилась:
— Ты же не веришь грязным сплетням?
— Сплетням? — холодно спросила Нарцисса и казалось, все вокруг покрылось мерцающим инеем от звука её голоса, в котором мелодично звенели льдинки. — Мой жених спит не только с Тёмным Лордом и моей старшей сестрой, но даже с этим вонючим Сивым, который при их доме служит чем-то вроде верной сторожевой собаки, и это не сплетни, это — общеизвестный факт. Я хочу доказать это моему отцу.
— Цисса, не бывает всё так грязно, как рисуют досужие сплетники!
Красивые мягкие губы слизеринки, по виду созданные для молитв, а не для изъявления презрения, саркастически изогнулись:
— Пойми, я не в утешении нуждаюсь. Напротив, в данном конкретном случае чем всё хуже, тем лучше. Отец Малфоев любит не больше моего. Абраксас слишком увяз в авантюре с Волдемортом, его женоподобный сынок слишком близок к магическому темному источнику, поэтому моя семья охотно разорвёт все связи с Малфоями, как только найдёт причину. Если мне удастся доказать, что Люциус — гомосексуалист, отец не станет принуждать меня к браку с ним. У меня появится шанс выйти замуж по любви, у моей семьи — шанс оставить за собой Блэквуд, и все будут счастливы и довольно, не исключая самого Малфоя. Ты поможешь мне? Пойдёшь?
— Конечно.
А что ещё могла ответить Лили?
Нарцисса расцвела такой счастливой, светлой улыбкой, что многие парни обернулись, чтобы только поглядеть на неё.
«В последнее время в твоей жизни стало слишком много Блэков», — с укором вздохнул внутренний голос.
Не исключено, что это был Ангел-Хранитель.
Вечером в четверг, накануне задуманного похода, девушки встретились у сторожки Хагрида, чтобы обсудить все детали задуманного в последний раз.
В сумерках Запретный Лес выглядел более зловещим, чем днём. Облетевшие ветви напоминали костяные остовы, узловатые, старые и сердитые. Листва шуршала под ногами. Задувал студеный ветер, раскачивая ветки елей, отчего вокруг плясали сиреневые тени, наводя на мрачные настроения и вызывая страх.
Расставшись с Нарциссой, Лили побежала напрямик, через высохший чертополох, в изобилии здесь произрастающий, и уже почти у самых ворот наткнулась на Поттера.
— Джеймс?!..
— Эванс?!..
Джеймс раздражённо дёрнул бровью:
— Что ты здесь делаешь? С ума сошла? В «Пророке» то и дело пишут об очередных убийствах, а ты разгуливаешь в темноте одна… — Джеймс насмешливо сощурил ореховые глаза. — Может, у тебя очередное свидание с Блэком?
— Пошёл ты, Поттер!
Джеймс схватил Лили за руку.
— Пусти!
— Не пущу, пока не скажешь, с кем встречалась? С Северусом? Или с Сириусом?
— С Нарциссой! Доволен?
Бровь Джеймса поднялась даже выше обычного, выражая почти крайнюю степень иронии:
— О! Можно, конечно, предположить нечто пикантное, но для этого я слишком хорошо знаю вас. Обеих. Значит, милые сердечные девчоночьи тайны, да? — пальцы Джеймса крепче сжались на предплечье Лили. — Рассказывай, что вы там задумали?
— Ничего, — сделала Лили честные глаза, при этом стараясь выглядеть оскорблённой и обиженной невинностью.
— И для этого «ничего» ты шастаешь по запретному Лесу на кануне Самайна? Лили!
— Что «Лили»?..
— Я жду правдивого ответа.
— Жди, — надула губы Лили.
— Я терпелив. Но моему терпению есть предел.
— И что ты сделаешь, когда он наступит?
Лили и вправду было интересно.
— Помнишь, как твой нежно любимый в недавнем прошлом Блевотник болтался у озера с кальмарами вверх ногами у всех на виду?
— Ты не посмеешь!
— При всех — нет, наедине — ещё как. Испытай меня и увидишь. Итак, чистая правда, Эванс. Три попытки. Время пошло.
— Я же сказала, мы просто хотели поболтать, а поскольку дружба между слизеринкой и гриффиндоркой в Хогвартсе не приветствуется, мы…
— Две попытки.
— Поттер!
— Эванс?
— Не твое дело! Я не обязана перед тобой отчитываться!
— Ответ, Эванс?
— Я выполняю поручение Грюма, а Нарцисса любезно согласилась мне помочь.
— Последняя попытка.
— Джеймс, не мучай меня!
— Я тебя не мучаю, я за тебя беспокоюсь. Это разные вещи.
— Если тебе не терпится перевернуть меня вверх тормашками, можешь начинать!
— Героиня! — восхитился Джеймс.
— Отвали, Поттер!
— Грубо, Эванс.
Она вновь попыталась ретироваться, но Джеймс снова ей помешал.
Лили попыталась вырваться, но вместо того, чтобы отпустить, Джеймс усилил хватку и она, неожиданно для самой себя, начала отбиваться всерьёз:
— Пусти, пусти меня, пусти! Никчемный, избалованный мальчишка! Что ты себе навоображал? Я вовсе не нуждаюсь в твоей опеке, ясно?!
