– Значит, выпьем по чашечке вместе?
– Правда, я только из фитнес-клуба, и мне еще нужно добраться до дома, чтобы переодеться…
– А что, если нам не терять время? Я приеду за тобой прямо сейчас, куда скажешь.
– Я… – Обвела взглядом девчонок, они закивали.
В общем, я согласилась.
Мы шли вдвоем по темной улице, а с неба падал первый снег. Снежинки кружились в желтом свете фонарей, и у меня сердце замирало от такой красоты.
При встрече Федор подарил мне розу на длинной ножке. Теперь я шла, крутила ее в руке и все думала: «А, может, это знак? Снег, романтично укутывающий улицу в белое покрывало. Прохладный воздух, приятно пощипывающий разгоряченную кожу. Может, так и должны начинаться большие, серьезные отношения с тем, кто становится кем-то особенным в твоей жизни?»
Мы выпили кофе в маленькой уютной кофейне, а когда вышли на улицу, парень осторожно и нежно взял меня за руку. Он нес мою спортивную сумку с одеждой, рассказывал веселые истории из жизни, а я смеялась, глядя, как в его глазах отражаются огни витрин, и как на его мягкие волосы ложится все больше снежинок.
А когда мы остановились у моего подъезда, я повернулась к Федору и стряхнула с его волос белую шапку снега. Несколько холодных снежинок попало ему за воротник, и парень поежился. А затем рассмеялся. И на его щеках выступили милые ямочки.
– Вот и пришли.
– Ага…
Он потянулся, чтобы поцеловать меня, а я все продолжала думать: это я влюбляюсь в него, или мне просто хорошо от того, что жизнь налаживается? И даже когда наши губы соприкоснулись – мои холодные и его горячие, я все еще продолжала размышлять о том, чего хочу от жизни. Целовать Федора или вернуться домой и лечь в горячую ванну?
А поцелуй был удивительно приятным. Целовался стриптизер умело и страстно. Так, что пробирало буквально до мурашек.
– Я позвоню тебе. – Пообещал он, вернув мне сумку.
– Хорошо. – Скромно отозвалась я и, прижав розу к груди, поднялась по ступеням.
Махнула ему на прощание и вошла в подъезд. С улыбкой думая о произошедшем, поднялась на нужный этаж.
– Слава Богу! – Донеслось до меня.
И откуда-то из темноты навстречу выпорхнула двоюродная сестра Настя – как я успела заметить, со спящим ребенком на руках.
– Катя, ты где так долго? – Шепотом запричитала она. – Мы тебя тут уже час ждем!
– А чего не позвонила? – Насторожилась я.
– Я звонила, ты трубку не берешь!
Я достала из кармана смартфон – несколько пропущенных. Значит, просто не слышала.
– Что-то случилось? Ты чего здесь?
Настя подошла ближе.
– Вот. – Повернула ко мне лицо. Под правым глазом красовался синяк. – Любимый наградил. Еле ноги унесла.
У меня дыхание застряло в горле.
– Скорее входи. – Отперла дверь и пропустила ее вперед.
Мы уложили Матвея на моей кровати, а сами уселись в кухне. Я разогрела Насте остатки еды из холодильника, налила чаю и приготовилась слушать очередную душераздирающую историю о том, как в этот раз с «этим козлом точно все кончено», но услышала еще более ошеломительную – о том, как ей отказала в помощи даже собственная мать.
– Она просто не пустила меня на порог. – Усмехнулась двоюродная сестра. – Сказала, чтобы отправлялась обратно к мужу и не рушила брак.
– То есть, фингал под твоим глазом ее не убедил?
– Предположила, что я сама виновата. Была недостаточно чуткой или слишком дерзкой в разговоре с мужем.
– А на самом деле?
– Разругались на пустом месте. – Уронила лицо в ладони Настя. – Я весь день ждала Веню, чтобы он взял Матвея, и у меня появилась возможность, хотя бы, просто принять душ и поесть нормально. А он разорался, что устал на работе и хочет просто нормально поиграть в приставку и расслабиться. Ну, соответственно, я заявила, что тогда нам нужна няня, и вообще, я хочу выглядеть ухоженно, и уже сто лет не была на маникюре. А он сказал, что мне бы только деньги тратить, которые он зарабатывает. И что я неблагодарная! И…
Она все говорила, говорила, а у меня голова шла кругом.
Есть вещи и похуже одиночества: например, терпеть того, кто тебя не заслуживает. В браке, где партнеры живут в параллельных вселенных. Где мужчина не выносит ответственности, сожалеет о том, что потерял былую свободу, мечтает ее вернуть и вымещает злость на жене. И где жена тащит на себе весь быт и сожалеет о том, что связала жизнь с тем, кто не способен любить – ни ее, ни ребенка.
И самое страшное, что женщина в таких отношениях становится заложницей. Ведь после рождения детей она беспомощна, и ей некуда пойти, и не на кого рассчитывать. Только на мужа, который, хоть и поколачивает, но приносит ей с ребенком кусок хлеба.
– И ладно бы я могла работать. – Всхлипнула Настя. – Так никто ж меня не возьмет! А если возьмет, то куда я дену сына?
– Мы что-нибудь придумаем, – пообещала я, сжимая ее ладонь. – Все будет хорошо. Обещаю.
Хотя, и сама еще не знала, чем ей помочь.
– Больше я к нему не вернусь. Хватит с меня! – Решительно выдохнула она. – Поменяю свою жизнь на триста шестьдесят градусов!
– На сто восемьдесят. – Подсказала я.
Вот почему так важно прилежно учиться в школе.
– Да хотя бы так! – Отмахнулась Настя.
