Правда, я был совсем не уверен, что она воспринимает ситуацию также. Взаимоотношения демонов крайне далеки от людских и потому не думаю, что Амайя, которой, как я знал, стукнуло что-то около полтинника, будет вздыхать обо мне по вечерам, глядя на звезды… Здесь это, мягко говоря, не принято. Но я надеялся, что нечто этакое она ко мне все же ощущала.
А потому мое утро, которое, правда, началось часов в двенадцать дня, выдалось бодрым и радостным.
Насвистывая и ощущая себя полнейшим лопухом, я поплескался в ванной, пожрал и на некоторое время зависнул, созерцая величественно вращающуюся Гроздь за «окном».
Настроение, настроением, но надо было браться за дела. А точнее, проведать, исполняется ли мой план, а точнее проведать не свернули ли Даудаку башку, вместе со всеми отправленными с ним Гвардейцами.
«Звонок» застал жирного демона в обнимку с прелестной голой девицей… М-м-м… да и не с одной! А вскоре в поле зрения попали еще пара, что с усердием пытались промять плечи массивного демона… По-моему на редкость глупое занятие!
— Керо, брат мой! — вскричал Даудак, едва увидел мою физиономию. Вскочил и простодушно заорал так, что его должно быть, было слышно по всей Цитадели. — Мы победили! Ты бы видел, как мы р-разделали под орех всех этих ублюдков! Д-да что это я… Давай сюда, отпразднуем!
— Тише, друг мой… Держи «пять»!
Даудак пожал протянутую пятерню своей лапищей и вскоре я уже стоял посреди разоренного поселения.
Карлайн оказался жарким и довольно обширным гористым островом. Обиталище Даудак, что представляло собой скорее не замок, а обнесенную поросшими мхом стенами горсть навесов, расположилось на вершине высокого каменистого холма, откуда открывался отличный вид едва ли не на половину Сегменции. Здесь было значительно темнее, чем на Демавенде, так как он располагался километров на двести «ниже» того уровня, на котором зависли владения моего отца. На севере лежала неровная холмистая равнина, перемежающаяся редкими рощицами пальмообразных деревьев, а на юге протянулась цепочка невысоких расколотых гор. Цветами Карлайн здорово смахивал на африканскую саванну, да и по уровню развития его обитателей не слишком далеко ушел. Насколько я знал, подданными моего жирного товарища были полудикие племена, что кочевали по равнине и занимались в основном собирательством и вспарыванием животов друг другу. Магическая защита у острова практически отсутствовала, тем и объяснялась сравнительная легкость, с которой отряд Гвардейцев подавил сопротивление аборигенов.
Кстати о них. Солидная часть сопротивлявшихся сейчас лежала в виде неаккуратной груды трупов у северной стены «замка», остальные же, как видно представляющие сторонников победителя, полностью отдались процессу празднования. Множество опорожненных пустых бочонков и храпящих тел покрывало всю центральную площадь поселения. К моему неудовольствию, среди них то здесь, то там были разбросаны огромные фигуры Гвардейцев. Кто-то из них увлеченно резался в кости, кто-то хлебал из рогов, кто-то храпел недвижимой грудой брони, а кто-то пер животно охающих на всю округу полуголых демониц рыжей масти.
Заметив меня, одна из фигур отбросила рыжеволосую в сторону и спрятав полуметровый хрен под доспешную юбку, направилась ко мне.
Кэтсу — огромный почти трехметровый демон даже сейчас, когда враги были повержены, был накрыт силовыми полями. Он почтительно поклонился, а вслед за ним склонились и все присутствующие во дворе Гвардейцы.
Несколько секунд я смотрел на застывшую в низком поклоне покачивающуюся фигуру, прежде чем понял, что Капитан вдрызгг пьян!
Твою же мать!
— Отличная работа, Кэтсу! — похлопал я его по бронированному плечу. — Я запомню это.
Демон разогнулся и благодарно ощерился. По-моему, гвоорить он был не в состоянии.
— Мы… обрушились на них, словно Ганеш на отступников при битве у В-верви! — тем временем вещал Даудак. — Как неистовый ур-раган! Как шторм, топящий э-э-э… В общем, порезали ублюдков, как щенков! Теперь весь Карлайн знает, кто здесь хозяин!
Звучало это, конечно, хорошо, но я все же отвел Даудака в сторонку и спросил серьезным тоном:
— А теперь давай начистоту, насколько крепко ты здесь уселся.
Жирный демон озадаченно на меня воззрился, и я как наяву услыхал, как скрипят его извилины. Твою мать, да здесь есть хоть кто-нибудь, кто пьян в дребадан?!
— Еще раз. Сосредоточься, пожалуйста. Вот это… — я обвел рукой наполненный пьяными телами «замок», — все, конечно, хорошо. Но меня интересует, удержишься ли ты на своем гм… Барабане, когда Кэтсу и его братва отсюда свалит?
Даудак еще с минуту пытался вкурить в мои слова, а потом панибратски хлопнул по спине и принялся вещать:
— Значится, смотри, Гаяк — труп. Вон там лежит. Рядом, вон тот со вспоротым пузом — его сын Ссаный Ахор. Эту Хугд, да трахнет дракон всех его бр-ратьев… Это Можуг, да отсохнет член у его отца… А вон тот, без башки — это ср-раный Кударг, моя дядя! Вид-дишь, все тут, друг мой, все! А еще…
