– А ты что сделал, глупейший из наемников? – старик разошелся вовсю. – Что ты натворил? Ты понимаешь, какой шедевр, какое чудо генетики ты уничтожил? Нет, нет, тебе, профану, не понять этого мелким твоим разумом! Не понять тебе мыслей людей гениальных! Таких как сам Идарран, и как Альзур, его учитель, которые были одарены гением и талантом экстраординарным! Которые изобретали и творили для блага человечества, а не ради прибыли, не от корыстолюбия нечестивого, не для плезира, не для забавы, а ради прогресса и всеобщего благополучия! Но что ты в таких вещах разумеешь? Ничего не разумеешь, ничего, ничего, ни капельки!
– И еще я тебе скажу, – засопел Ортолан, – ты дело отцов своих этим неосмотрительным убийством опозорил. Потому что Козимо Маласпина, а после него ученик его Альзур, сам Альзур, ведьмаков сотворили. Они отыскали те мутации, благодаря которым создали тебе подобных. Благодаря которым ты существуешь, благодаря которым по свету ходишь, неблагодарный. Тебе бы охранять дела Альзура, его преемников и их труд, а не разрушать! Ой… Ой…
Старый чародей внезапно замолк, закатил глаза и тяжело застонал.
– Мне нужно на горшок, – капризно объявил он. – Хочу на горшок. Быстрее! Сорель! Милый мальчик!
Дегерлунд и Тритвей вскочили с места, помогли старику встать и вывели его из комнаты.
Через некоторое время встала Бирута Икарти. Она окинула ведьмака красноречивым взглядом, а потом вышла, не сказав ни слова. Вслед за ней, вообще не глядя на Геральта, последовали Сандовал и Зангенис. Аксель Рябой встал, скрестив руки на груди. Долго смотрел на Геральта. Долго и неодобрительно.
– Ошибкой было приглашать тебя, – сказал он наконец. – Я это знал. Однако я надеялся, что ты попытаешься хотя бы изобразить приличные манеры.
– Ошибкой было принимать ваше приглашение, – сказал Геральт холодно. – Я тоже это знал. Но я надеялся, что получу ответ на мои вопросы. Сколько еще пронумерованных шедевров гуляет на свободе? Сколько еще таких выдающихся творений создали Маласпина, Альзур и Идарран? Сколько их создал почтенный Ортолан? Сколько еще монстров с вашими бирками я должен убить? Я, ведьмак, презерватив и антидот? Я не получил ответа и хорошо понимаю, почему. Что касается манер: пошел ты, Эспарза.
Уходя, Рябой хлопнул дверью. Так, что с лепнины посыпалась штукатурка.
– Хорошего впечатления, – оценил ведьмак, – полагаю, я не произвел. Но и не рассчитывал, что произведу, поэтому не разочарован. Но это, наверное, не все, да? Столько усилий приложено, чтобы меня сюда притащить… И этого было бы явно недостаточно? Ну, если так… Там, в вашем предместье, найдется какое-нибудь заведение, где можно выпить? Я могу уже идти?
– Нет, – сказал Харлан Цара. – Ты не можешь идти.
– Потому что этого явно недостаточно. – Подтвердил Пинети.
Комната, куда его привели, не была типичным помещением, в котором чародеи принимали посетителей. Обычно – Геральт мог видеть этот обычай – маги устраивали приемы в залах с очень формальным декором, часто суровым и гнетущим. Трудно было даже вообразить, чтобы чародей привел кого-то в приватное помещение, личное, которое может дать информацию о характере, вкусах и предпочтениях мага, особенно о природе и специфике практикуемой им магии. На этот раз все было иначе.
Стены комнаты были украшены многочисленными гравюрами и акварелями, все до единой эротического или даже порнографического характера. На полках красовались модели парусников, радующие глаз точностью деталей. Крошечные кораблики в бутылках гордо несли миниатюрные, наполненные ветром паруса. Многочисленные шкафы и витрины были заполнены фигурками солдатиков, конницей и пехотой различных воинских частей. Напротив входа, за стеклом, висело чучело форели. Солидного, для форели, размера.
– Садись, ведьмак, – сказал Пинети, сразу стало ясно, что он здесь хозяин. Геральт сел, глядя на чучело форели. Рыба при жизни должна была весить добрые пятнадцать фунтов. Если это не было хорошей гипсовой имитацией.
– От подслушивания, – Пинети провел рукой в воздухе, – магия нас защитит. Так что мы можем говорить свободно и обсудить, наконец, реальные причины, по которым мы позвали тебя сюда, Геральт из Ривии. Форель, которая тебя так интересует, была поймана на искусственную муху в реке Ленточке, весила четырнадцать фунтов и девять унций. Ее отпустили живой, в моем кабинете находится магически созданная копия. А теперь сосредоточься, пожалуйста, на том, что я скажу.
– Я готов. Ко всему.
– Нас интересует, есть ли у тебя опыт с демонами…
Геральт поднял брови. К этому он не был готов. А еще недавно полагал, что его ничем нельзя удивить.
– А что есть демон? В твоем понимании?
Харлан Цара скривился и дернулся. Пинети успокоил его взглядом.
