– Если бы все зависело от Рейгана, то это был бы «Макдоналдс», – вмешался Дэн. – Вот вам пример культурного империализма.
– Я спросила Дейзи, так что умолкни, – осадила его Кэндес. – Она единственная из нас, кто в этом понимает.
Маргарита оглядела свой ресторан. Больше всего она любила его именно таким: почти пустым, когда нет никого, кроме них четверых. Свет выключен, горят только свечи; сотрудники все убрали и ушли домой, но в воздухе по-прежнему витает легкий аромат чеснока, розмарина и свежеиспеченного хлеба. И еще осталось много вина.
– Таким, как сейчас, – ответила Маргарита. – Я ничего не хочу менять.
– Так не получится, – возразила Кэндес. – Там ведь не Нантакет. И до моря будет не тридцать миль. Вместо воды нас будет окружать песок. В общем, все иначе.
– Вот, сразу видно, что говорит сотрудник Торговой палаты! – сказал Портер, поднимая бокал.
– Я серьезно!
Кэндес повернулась к Маргарите. Щеки у нее пылали, волосы растрепались и упали на лицо, одна жемчужная сережка расстегнулась. Маргарита потянулась к уху Кэндес – хотела закрепить серьгу, чтобы та не упала и не потерялась в блузке Кэндес или не закатилась в щель между изъеденных червями ореховых половиц, – но Кэндес сердито оттолкнула ее руку. Маргарита отпрянула, и атмосфера за столом сразу поменялась.
Рот Кэндес некрасиво искривился, в глазах застыла ярость. Маргарита растерялась, потом испугалась. Может, Кэндес слишком много выпила?
– Никто не воспринимает меня всерьез! – процедила Кэндес. – Никто не слушает, что я говорю! Обращаетесь со мной как с ребенком или как с куклой! Как со слабоумной!
Дэн и Маргарита одновременно потянулись к ней, однако Кэндес отпрянула и скрестила руки на груди. Портер усмехнулся.
– Не смешно! – Кэндес окинула их свирепым взглядом. – Вы все такие умные и успешные, и это замечательно. Я всегда вас поддерживаю и помогаю вам в работе. А теперь моя очередь. Я собираюсь в Африку и действительно хочу открыть там ресторан. Это моя мечта. Может, вы думаете, что это глупо, но я так не считаю! – Она повернулась к Маргарите: – Давай попробуй еще раз. Каким будет ресторан?
Маргарита ошеломленно молчала. Не могла себе представить другой ресторан, тем более на незнакомом континенте.
– Не получается, – призналась она. – Я хочу остаться здесь, и пусть все будет как сейчас.
Маргарита была бы не против, если бы они вчетвером целую вечность сидели на западной банкетке, а еда появлялась подобно Сизифову камню, однако наступила осень. Портер вернулся на Манхэттен, к женщине с цветочным браслетом, к кривозубой женщине, к блондинистой незамужней тренерше. Одним унылым осенним вечером Маргарита обнаружила, что стоит в темном ресторанном чулане со своим юристом, Дэмианом Виксом. Он якобы искал сушеные белые грибы для ризотто, которое хотел приготовить дома, но они с Маргаритой оба хорошо выпили, и за вылазкой на темную кухню и в еще более темный чулан последовали поцелуи и жадные торопливые объятия. Ничего особенного, детские шалости, думала потом Маргарита. Никакого удовлетворения она не получила, хотя и надеялась.
В том году Нантакет пережил самую суровую зиму за всю историю наблюдений – метели, гололед, тридцать два часа без электричества, лопнувшие трубы в трехстах домах (по утверждению страховой компании). Маргарита пробовала новые рецепты у себя на кухне, Кэндес по-прежнему работала в Торговой палате, теперь помощником руководителя, а Дэн наблюдал за погодой – направлением ветра, уровнем выпавшего снега – и два-три раза в день проверял, как обстоят дела в закрытом на зиму «Пляжном клубе». Иногда они собирались втроем, но чаще Маргарита и Кэндес обедали вместе в закусочной «Братство воров» неподалеку или сидели перед камином в доме Маргариты на Куинс-стрит, наслаждаясь сырным фондю или pot-au-feu[22]. Именно во время одного из таких обедов у огня Кэндес предложила съездить на неделю в Марокко – поискать место для будущего ресторана.
– Только мы вдвоем, ты да я.
– Наверное, я не смогу, – ответила Маргарита.
– Я уже заказала билеты. Едем.
– Поезжай с Дэном.
– Ты посылаешь меня искать место для ресторана с Дэном? Думаешь, он справится?
Вообще-то нет, Маргарита так не думала. Просто считала затею с рестораном совершенно безумной и не скрывала своего отношения.
– Собственно, я и не хочу ехать с Дэном, – добавила Кэндес. – Только с тобой. Девчачья поездка. Лучшие подруги и все такое. Мы никуда с тобой не ездили.
– Я не могу.
– Почему?
– Портер обещал мне Париж, – призналась Маргарита. – После прошлогодней поездки в Японию он поклялся на стопке библий.
– Да ну? – не поверила Кэндес.
На стопке Маргаритиных библий: гастрономической энциклопедии «Ларусс», первом издании рецептов Мери Френсис Кеннеди Фишер и книгах Джулии Чайлд. В конце августа, перед отъездом в Нью-Йорк, Портер положил руку на стопку кулинарных книг и торжественно произнес: «Весной в Париж».
– Этого не будет, – пожала плечами Кэндес. – Он отвертится. Придумает какую-нибудь причину, чтобы не ехать.
