— Внешне тут ничего не изменилось, — Ян Микульский пошарил лучом фонарика по сторонам. — Те же самые замшелые катакомбы.
— Можно попробовать взорвать стену… — начал было Георг, но его прервал ехидный смешок разведчика.
— Выздоравливает, ей-богу, выздоравливает! Если «взорвать», то это он, наш верный старый Георг. И даже наплевать, что там за стеной, главное — хороший фейерверк.
— Пошел ты! Клоун хренов! Может, тебе хочется тащиться назад? Километров так пятнадцать, а то и двадцать.
— Георг прав, — поддержал баварца Строгов. — Параллельный туннель решил бы много проблем. Вопрос, как туда пробиться?
— Вопрос в толщине стены, — подсказал Микульский.
— Если верить данным сканирования, то там, внутри, на расстоянии двух метров, вообще нет никаких пустот. Однако если ориентироваться по звуку, то получается, что перегородка не толще яичной скорлупы. — Шредер выдал две диаметрально противоположные информации.
— Эх, была бы хоть одна граната! Мы бы эту загадку быстро разрешили.
— А если стрельнуть из винтовки? Вдруг пробьет. — Луиза решила внести посильную лепту в процесс поиска решения.
— Из винтовки?! В камень?! — ухмыльнулся Микульский.
— Но если стена не толще скорлупы… — пролепетала девушка, пытаясь оправдать свое невежество.
Повисшая в воздухе тишина подсказала корсиканке, что над ее предложением задумались, причем задумались совсем без снисходительных улыбок. Затаив дыхание, Луиза ждала вердикта.
— Сколько у нас осталось патронов? — вопрос командира относился к обоим солдатам.
— Шестнадцать. Я ничего не тратил, — без запинки отрапортовал Ян.
— Восемь, — отчитался баварец после того, как проверил счетчик на своем FAMASе.
— Как глубоко плазменные пули способны войти в эту породу? Георг, посчитай.
Консультация с протонным мозгом заняла не более пяти секунд.
— Восемь-десять сантиметров, господин лейтенант.
— Возможность рикошета?
— От плазменных-то… Практически исключено.
Удовлетворенный ответом, Николай кивнул:
— Ну, что ж, попробуем. Чем черт не шутит?
— Патронов жалко, но ноги еще жальче, — Микульский пожал плечами. — Давайте попробуем.
— Надо стрелять в одну точку, — предложил Георг. — Даже если проход не пробьем, то пусть хоть вода потечет.
Напоминание о жажде подстегнуло «головорезов». Пить хотелось всем, даже Луизе, которая до этого проглотила целых пол-литра живительной влаги. А что же тогда говорить о ее товарищах!
— Вот мишень, — Строгов подошел к стене и двумя росчерками острых когтей процарапал на стене крест. — Пули должны лечь точно в центр.
— Само собой, — ответил Микульский.
— Понятно, — подобрался Шредер.
— Вот и хорошо, что понятно, поскольку стрелять будешь именно ты, Георг.
— Господин лейтенант, но я ведь лучше стреляю, — Микульский сделал шаг вперед, словно по команде «выйти из строя».
— С пяти метров и Георг не промажет, но, в отличие от тебя, Ян, у него имеется защитное обмундирование. — Строгов был непреклонен. — Так что вопрос решен.
За спиной Николая Луиза чувствовала себя почти в безопасности. Вот то-то и оно, что почти. Ее преследовало какое-то непонятное раздвоение личности — безопасность для себя лично и угроза для всех них вместе. Странное чувство, как будто одновременно существуешь в двух мирах, в двух измерениях. В одном ты королева, в другом приговоренный к смерти висельник. Какой из миров реален, а какой лишь плод ее воображения? Она не знала. Но обязательно узнает. Скоро, уже очень скоро… всего через мгновение.
При первых же выстрелах девушка заткнула руками уши, сжалась в комочек и отвернулась, не в силах бороться с инстинктом самосохранения. Плазменные пули молниями били в стену. Они входили в камень, раскаляя его докрасна. Брызги расплавленной породы полетели во все стороны. Это походило на работу мощного газового резака, с помощью которого в толстом-претолстом металле упорно пытаются прожечь одну небольшую дырку.
После восьмого выстрела в туннель вернулась благословенная тишина. Только где-то вдалеке затихало эхо, да в ушах едва слышно стрекотали крохотные кузнечики. Тишина — это спокойствие, безопасность, это хорошо… или плохо? Луиза вдруг поняла, что не слышит ни воя подземных сквозняков, ни трели капающей воды.
— Ну, что там? Есть что-нибудь? — Вопрос, готовый сорваться с ее губ, первым успел задать вездесущий Микульский.
Прежде чем ответить, Шредер подошел к стене и внимательно осмотрел получившуюся воронку:
— Проковырял сантиметров на сорок. Ничего интересного. Один камень.
— И ни капли воды? — на всякий случай поинтересовалась Луиза.
— Ни капли.
— Полагаю, больше патроны тратить не будем, — Микульский первым решился сказать правду. — Дохлый номер. Можно поворачивать назад и…
— Тихо! — Шредер вдруг резко вскинул вверх руку.
— Что такое?! — в один голос вскричали обеспокоенные Строгов и Луиза.
— Звук… Он нарастает, приближается. Я не пойму…
