– Вы не совсем правы, мистер Крейс. Я имею полномочия уладить ваши проблемы в связи с делом Джереда Макгаранда и аварией на парковой автостраде. Наши вышестоящие инстанции уверены, что разобраться в том, что затеяли Беллхаузер с Фостером, куда важнее всего остального. Они также считают, что вся эта заваруха как-то связана с имеющимися у вас... сведениями.
«Еще как, даже больше, чем ты думаешь», – хмыкнул про себя Крейс, заставляя себя сосредоточиться на том, что говорит Фансворт. Итак, он вновь оказался перед тем же выбором, что и пять лет назад: или молчишь, или подумай о дочери.
– Мистер Крейс?
– Боюсь, вы ничем не сможете мне помочь, мистер Фансворт, – решился Крейс. – Мне нужно вызволить мою дочь. Уверяю вас: ни вы, ни ваш босс, ни даже его босс не способны справиться с теми силами, что стоят за всем этим.
– Мне сообщили, что данным делом занимается лично директор ФБР, мистер Крейс.
– Я уже все сказал.
– Помощник директора Грир говорит, что вся эта катавасия связана с делом китайских шпионов в ядерной лаборатории. Это правда?
Крейс в изумлении вздрогнул. Об этом же никто не знает. Кроме них.
– Мистер Крейс? Грир говорит, в ходе выполнения заданий ЦРУ вы собрали информацию о том, что расследование в ядерной лаборатории тормозилось из-за участия китайского правительства в финансировании предвыборной кампании в Соединенных Штатах.
– Эй, мы говорим открытым текстом по незащищенной линии, – встревоженно предупредил совершенно ошеломленный Крейс. Такого знать не мог никто.
– Грир говорит, вы согласились уйти в вынужденную отставку и дать подписку о неразглашении, – гнул свое Фансворт. – Вот только не понимает почему. Официальной причиной называли вашу причастность к массовому самоубийству в семье Гловера. Теперь он думает, что за этим кроется что-то другое.
Голова у Крейса пошла кругом. Свои обязательства он выполнил полностью, нигде и никогда не обмолвился ни единым словом. Уехал сюда, чтобы заботиться о дочери и обеспечивать ее до завершения обучения. Если бы не эта дикая случайность, не этот полудурок Макгаранд, свихнувшийся на миссии возмездия, он так и сидел бы сиднем у себя в хижине, созерцая деревья. Это они нарушили соглашение. Разве что...
– Мистер Крейс? Моему начальству крайне желательно ознакомиться с вашими сведениями и выяснить, какие у вас есть доказательства. В обмен на это они готовы забыть все остальное – слышите? – все без исключения. Думаю, мы можем помочь вам вернуть вашу дочь, но только при условии, что будем располагать достаточными аргументами для нажима на уровне правительства.
– Вы ее не знаете, – отрешенно проговорил Крейс. Высоко над его головой залилась всполошной трелью какая-то голосистая птичка.
– Что-что, мистер Крейс? Кого это мы не знаем?
– Ту, что похитила Линн. Теперь это мое личное дело. Единственный известный мне способ вернуть Линн живой и здоровой – это предложить ей себя в обмен на мою дочь. А вы с вашей конторой можете только помешать.
– Ошибаетесь, мистер Крейс. Дайте моим боссам то, что им нужно, и они вынудят ее начальство вернуть вам вашу дочь. Эфраим Гловер мертв, так что ЦРУ сейчас незачем скрывать, какими делишками он занимался, покойник вот уже пять лет вне досягаемости правосудия. И неприятности будут не у ЦРУ, а у министерства юстиции и у тех, кого они завербовали у нас в ФБР. Думаю, ЦРУ станет куда сговорчивее, когда наш директор пригрозит им обнародованием скандальной истории с китайцами.
Крейс задумался. Сумеет ли он сам справиться с Мисти? Сможет ли он ее хотя бы найти? И что будет с Линн, если ему это удастся?
– Вы были специальным агентом ФБР, мистер Крейс. Знаете, как мы работаем. Мы власть, мы сила. Нас легион, мы подавляем численным преимуществом. Увы, ЦРУ тоже. Они вас разыщут, и тогда вам конец. Если они вас схватят, остаток жизни вы проведете в одиночке, причем не обязательно в нашей стране.
Трубку взяла Картер.
– Послушайте, вы обещали молчать в обмен на безопасность вашей дочери. Они нарушили свои обязательства. И теперь вы получили в руки оружие, которого раньше не имели. Так почему бы вам его не использовать?
– Потому что тогда, специальный агент, она может убить мою дочь.
– Может? Мистер Крейс, она уже подожгла больницу! Так почему же вы так уверены, что сейчас Линн ничто не грозит? Я же рассказывала вам, что произошло в той пещере, помните?
– Да.
– Там были ее люди, у нас в этом нет никаких сомнений. К БАТО они не имели никакого отношения. Более того, региональный руководитель БАТО все утро провел в кабинете мистера Фансворта, убеждая нас в том, что, кроме оперативно-следственных мероприятий на территории арсенала, БАТО не проводило в наших местах никаких операций. В пещере были ее люди, больше некому!
