– Нет. Надо! Вы сможете. Когда я дерну шнур, труба упадет. Оттолкните ее ногами, остальное я сделаю сам. Сейчас вдох, выдох, вдох, выдох. Полной грудью. В течение минуты.
– Дышать мне или вам? – уточнила Дженет.
Крейс не рискнул засмеяться – от усилий удержать ее дрожали все мышцы, натянутый до отказа шнур жег ладони даже сквозь перчатки. Кстати, она права. Ему тоже не мешает восстановить дыхание. Сделав несколько глубоких вдохов, он собрал все силы.
– Так, приготовились! – выкрикнул он. – Подтянитесь на руках к концу трубы, оттолкните ее и вытяните ладони далеко перед собой, как будто ныряете ласточкой!
Дженет никак не реагировала, голова ее упала на грудь, обхватившие конец трубы пальцы побелели от напряжения. Все, сдалась, мелькнуло у Крейса в голове. Теперь нельзя терять ни секунды.
– Подтягивайтесь! – скомандовал он. – Подтягивайтесь!
Руки Дженет слабо шевельнулись. Крейс, откинувшись под невероятным углом, попятился и вытянул ее по грудь, но на этом все кончилось. Труба звякнула обо что-то твердое и с громким всплеском упала в воду. Дженет висела мертвым грузом, и Крейс не мог сдвинуть ее с места ни на дюйм. Потом он почувствовал, как шнур едва заметно, но неумолимо стал тянуть его по наклонному дну тоннеля к обрыву, в черную бездну.
У металлической двери в нитрокорпус Браун совершил привычный ритуал. Приказал девчонке завязать глаза и отвернуться. Подождал, открыл замок, распахнул створку и направил на нее луч фонаря. Вот и она, сидит где положено. Он вошел и положил на пол пакет с продуктами. Воздух в просторном помещении был затхлым и спертым, запах нечистот заметно усилился.
– Скоро конец, – сказал Браун, сам не очень хорошо понимая, что имеет в виду. – Есть два варианта. Либо взять тебя с собой как заложницу, либо просто здесь бросить.
– А с собой это куда? – спросила она.
Пленница заговорила с ним впервые, и Браун поразился ее тону. Спокойный уверенный голос, в котором звучит не просто превосходство, но даже вызов. «Ишь ты, может, вообще с ней не объясняться?» – раздраженно подумал Браун. Хотя какая разница? Она или согласится беспрекословно ему подчиняться и поедет с ним, или останется гнить в этом бетонном каземате. Нет, в живых оставлять ее нельзя. Если начнут искать пропавших охранников, перетряхнут весь комплекс, каждое здание. У него мелькнула мысль просто вытащить пистолет и пристрелить ее прямо на месте. Нет, лучше все же взять ее с собой как заложницу.
– В Вашингтон, – ответил наконец он.
– Зачем?
– Взорвем там водородную бомбу.
– Бред какой-то. Водородную бомбу в одиночку не сделать.
– А я сделал.
– Ну-ну... А зачем вам я?
– Заложницей будешь. На всякий пожарный.
– Интересно получается. Собираетесь взорвать кучу народа, а меня одну пожалеете. Думаете, я поверю?
– В Вашингтоне дело у меня исключительно личное. С тобой все по-другому. Ты вообще вляпалась чисто случайно. Только поэтому до сих пор и жива.
– А где же второй? – вдруг поинтересовалась она. – Ну, тот, что заставлял меня раздеваться?
Браун с трудом сдержал охватившее его бешенство. «Ну, Джеред, гнида этакая, ты у меня дождешься!»
– Теперь уже не заставит, не беспокойся. Он свое дело сделал, больше ты его не увидишь. Бомбу в Вашингтон я доставлю сам, лично.
– Я хочу есть. Уходите, я буду есть.
Просьба была высказана таким повелительным тоном, что Брауна передернуло от раздражения, но он вновь сдержался.
– Сейчас пойду. Учти, нам скоро ехать. Будешь вести себя тихо – останешься жить. А если меня загонят в угол, предложу тебя в обмен на свою жизнь. Попробуешь обмануть, словчить по дороге, перережу глотку и выброшу на шоссе. Решай сама.
Он тщательно запер за собой стальную дверь и прислушался. Ночную тишину нарушало лишь едва слышное нестройное жужжание насекомых в окрестных лесах. Браун взглянул на часы. До смены реторт оставалось несколько минут. Он вышел проулком к огороженному колючей проволокой пустырю. Почти в самом его центре стоял врытый в растрескавшуюся глину приземистый бункер, по стене которого шли огромные буквы: «ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ! ЗАГРЯЗНЕНИЕ ПОЧВЫ РТУТЬЮ». В бункер вели ворота для въезда автопогрузчиков и дверь для прохода обслуживающего персонала. Он отпер дверь и уверенно шагнул в темноту. Включил фонарь и стал перебирать припрятанное снаряжение. Здесь был один из двух тайников, которые он устроил в арсенале. О нем не знал даже Джеред. Деньги, пистолет, бланки накладных на доставку горючего, которые они выкрали в той компании, откуда угнали автоцистерну. Кое-какая одежда в матерчатой спортивной сумке. Браун собрал нужные вещи и вернулся в энергоблок. Жаль, конечно, что Джеред, бабник хренов, так и не появился, даже покараулить некому. Хотя, судя по всему, здесь, кроме него и девчонки, ни одной живой души больше нет.
