— Хендрикс, план хорош, но на Земле тебя просто затолкают в парк, где дрочить на людях легально. Возможно, без права этот парк покидать. Там очень затейливо определяют форму общественных работ для нарушителей. И всё, хватит мечтать, пока мы ворковали, там разорвали ещё пару бедолаг.
Бетон мы растаскивали следующие шесть часов. Под конец к нам присоединились Нэнси-Аркадия и Карлсон, перемазанные в графитовой смазке с ног до головы.
— Мы нарыли ещё резонаторов. От наведённой ЭДС тут сдохнет всё электрическое! С гарантией.
Аркадия размахнулась и закинула кошку руками. У нас не хватило патронов, но под конец и расстояния до обломков сократились до десятков метров.
— А разве не надо ЭМИ-генератор вынести куда-то повыше? Вдруг сигнал бетон поглотит?
Я выдавил из мозга школьные знания.
— Мы расковыряли крышу. А ещё эта хмарь в небе замечательно отражает ЭМИ-импульсы. Поглощает она их тоже неплохо, но тут будет несколько десятков петаджоулей излучённой энергии. С запасом хватит.
— И как ты это узнала?
Мне было решительно непонятно как можно такие штуки узнать без рабочей техники. Вся сложная электроника на станции завязана на рабочую систему. Даже кофеварки не работали.
— Она из своей слизи мембраны делала. И все стены расчётами исписала.
Сдал подельницу Карлсон.
— Мир забыл всю силу высшего образования! — пафосно провозгласила Аркадия.
— Память возвращается?
— Скорее, рефлексы.
— Расчёт мощности ЭМИ-бомбы — рефлексы? Кажется, этим словом называлось раньше что-то иное.
— Не нуди, Живой, какие времена, такие и рефлексы. Раньше для выживания нужно было вовремя вырвать противнику глазик. Теперь — заминировать местность. Но процесс тот же самый.
Лизи сделала глоток воды из гидратора и протянула мне. Я вылил жидкость себе на голову. От физических нагрузок тело нагрелось так, что от головы пошёл пар.
— А теперь нам нужна ухоронка. На десять метров залезем под землю и пару метров вбок, — Аркадия отряхнула руки и упёрла их в бока.
— Тут где-то был бар с комнатами. А ещё если система начнёт функционировать, там будет горячая вода, — предложила жрица.
— А с чего ты взяла, что она вообще заработает? Может, её бухло Жан-Пьера тоже выжгло?
— Город снова станет территорией Игроков. А где игроки — там и Система. Фотонные процессоры, на которых работают разумные машины, не сгорают от когнитивных перегрузок, там просто нет достаточного объёма энергии.
— И что это значит? — Карлсон привязал последний свободный трос к бетонной тумбе.
— У машин, в отличие от людей, есть душа. И она бессмертна.
От такого ответа жрицы обалдели не только я с бывшим Шляпом, но даже Аркадия.
— Не хочу дальше ничего слышать про это. Мы будем устраивать взрыв или нет?
— А эти вот точно выживут? — я ткнул рукой в сторону клуба.
— А это уже не наши проблемы.
На лицо Аркадии выползла Улыбка. Меня передёрнуло. Вместо ротовой полости и зубов у девушки была алая жижа.
В гостевые комнаты отеля мы спустились в компании бутылок с системным спиртным, я удачно вытащил их из сейфа. Только вот надежды на отдых не оправдались, вентиляция не работала, и воздуха было маловато.
— Начинаем, надеюсь, я нигде не ошиблась!
— Боишься, что не сработает?
— Боюсь, что нас тут похоронит. Точнее, вас.
Разумная слизь мерзко улыбнулась. А потом надула огромный пузырь и лопнула его кончиком пальцев. Взрыв вышел таким, что с потолка посыпалась пыль. А потом раздался грохот, с каким на землю падают огромные куски бетона.
Воцарилась тишина.
— И что дальше?
А потом загорелся свет, с гулом заработала вентиляция.
— Эй, Система, а тебя разве не задело?
И ещё полсотни сообщений.
Награды за спасённые жизни, награды за убийства каких-то игроков, награды, награды, награды…
А я неожиданно почувствовал усталость. Она навалилась на плечи, меня аж зашатало.
— Отметим? Первый раз меня хвалят за полноценный террористический акт! — Аркадия с хлопком открыла бутылку спиртного.
