Он сфокусировал внимание на системах лагерной безопасности. Круг излучения — стандартная биозащита; неподкрепленная веерным силовым полем она обеспечивала лишь подобие спокойствия. Живые организмы не в состоянии ее преодолеть, но тот же луч лима, мог беспрепятственно вырубить агрегаты-излучатели и тогда заходи кто угодно. «Первый плюс». — Николай взглянул на странное темное небо, подернутое рябью. Не иначе поляну укрывала голографическая проекция. Визуально Зеленых не обнаружить, что не столь важно на данный момент. Он попытался определить, где неизвестные прятали биолога…
«Второй от центра шатер», — довольно констатировал Охотник. Считай пол дела сделано, все остальное — проблема, решаемая вызовом Пицека.
— Чего ж так долго-то?
Прошло минут сорок прежде, чем к Николаю присоединились исцарапанные десантники. Непозволительно пыхтя, они разлеглись меж узловатых корней, выставили перед собой лимы и тревожно переглянулись. Сперва безумный бросок через джунгли, теперь Зеленые, которые вели себя на планете, как дома, — это лишало героических фантазий.
— Видели? — шепнул Николай. — Теперь внимайте.
Слава богам они умудрились не наделать шума. Не треснула ветка, не звякнуло оружие…
— Расклад простой, порядка тридцати целей, вооруженных пульсаторами, мешают нам пройти. Похитив члена нашего экипажа, они, тем самым, обозначили враждебные намерения… — Николай пояснил: — Вам не надо стесняться, давя на гашетки.
— Но… — Пицек замялся.
— Никаких «но». Делитесь на три группы — по восемь, десять и пять человек. Теперь запоминайте ваши позиции. — Николай указал дулом лима три точки по периметру базы. — Надеюсь вы сильны в геометрии? Это риторический вопрос, Пицек. Первая группа по сигналу начинает обстрел силовых агрегатов; ваша задача — отвлечь противника. Через десять секунд вступаю я; отбираю у врага биолога и передаю ее третьей группе, которая сидит в резерве и контролирует периметр. Вслед за мной, через пять секунд, атакует второй отряд; цель — захват транспорта. Объясняю — по аппарели вверх, проникаете во внутренние отсеки и каждого встречного облагораживаете. — Николай умолк, не привык он столько говорить. — Расходимся.
Лиственный трепет, дурманящие экзотические ароматы, влажная земля… Добрым словом помянув чистоту мундира, Николай переместился к выбранному укрытию. Он предоставил «Котам» достаточно времени на подготовку.
«Сигнал». — Передатчик метнул в эфир короткий импульс.
Лес настороженно замер в преддверии шквала огня — умолкли птицы, затихли стрекот и шорохи. Наступила удивительная тишина финального акта, когда у всех и вся перехватывает дыхание от напряженности момента, когда последняя секунда растягивается в тысячелетие. Но и тысячелетие имеет свойство заканчиваться.
Первые энергетические лучи, алыми стрелами пробив дымку защиты, вспороли установки излучателей с легкостью раскаленного ножа, режущего масло. Металл агрегатов вспучился багровыми пузырями, чтобы спустя миг породить веер искр и осколков, начисто слизнувший траву в радиусе двух метров. Целостность щита нарушилась, о чем свидетельствовала пропажа у части панорамной картины голубоватых оттенков. Зелень стала более насыщенной, как у природы, так и у врагов, атаковавших десантников.
Крича что-то невразумительное, зеленокожие рванулись к пробелу в стене излучения, преодолели устроенную ими технократическую свалку, растянулись цепью, выходя на огневые позиции… В командах старших они не нуждались, поскольку ясно видели цели в лиственных тенях.
Мгновение на снятие предохранителей…
Цепи разрядов добавили миру белых тонов, хлесткими ударами пробили лесные заросли.
С каким-то надсадным треском ствол могучего дерева разлетелся на миллионы щепок; желтоватые иглы ураганным потоком скользнули над «Пиковыми Котами», даруя боль и неуверенность.
Фетан Мелагэр, двадцати четырех лет, мечтавший о галактическом патруле с детства, отшатнулся вправо — прочь от холодных и вместе с тем жгучих прикосновений. Недоуменно морщась, схватился за левую щеку — забыл о бое, о горячей рукояти лима; вид собственной крови резанул непониманием.
— Огонь, идиот! — Пицек, то ли скалясь, то ли яростно улыбаясь, долгими очередями стрелял в никуда. Он видел тени, звезды вспышек, комья поднятой в воздух земли… Где-то там определенно находился противник. — Вперед!
Излучатель вдруг показался Мелагэру страшным чудовищем. С трудом подавив боль, десантник привстал на одно колено, упер приклад оружия в плечо и… Краем глаза заметил неопределенное движение на левом фланге.
Плавно сменился вид… Медленно поворачивая голову, Фетан считал Зеленых. Предупредительный крик застрял в горле; хрипло выдохнув, он изменил угол прицела — оставил в покое корабль с тем, чтобы в полном ракурсе увидеть врагов, обходивших товарищей по флангу.
— Четыре. — Фетан стиснул лим. — Пять… — Ему никак нельзя допустить противника в тыл «Котам», рвущимся к поляне. Иначе операция превратится в бойню. — Четыре.
— За мной, кранские дети! — Лейтенант споткнулся и, падая, услышал за спиной нестерпимый грохот. Он извернулся…
