Копившийся все это время стресс превратился в чудовищную усталость. Откинувшись на обтянутую синей кожей спинку, я прикрыла глаза. По большому счету мне было все равно, что они скажут. Я знала — девочки уже придумали вполне убедительную версию и заранее отрепетировали спектакль. Они вознамерились использовать меня в своих целях до конца, и поделать с этим я ничего не могу. Смешно и пытаться. Если им удалось играючи разделаться с профессионалом Фимой, всплыть с морского дна и уломать на подлог международного масштаба итальянские правоохранительные органы, то меня они сожрут, не моргнув глазом. Даже и топить не придется. На чем же все-таки прокололся Ефим?.. Впрочем, это уже неважно.
Теперь мне было ясно, что девочки, скорее всего, никогда не теряли связи со своим загадочным отцом. Все произошедшее — их общий план, одно на троих мероприятие, в результате которого они стали богатыми наследницами. Не исключено, что в обозримом будущем печальная участь постигнет Ангелину и Анвара. Спектакль завершится к радости режиссера большим кассовым сбором.
— Ну конечно, Настя! У вас на лице написано, что вы нам не верите. И не поверите ни одному слову. Можно подумать!
Я встала, подхватила с пола рюкзак и пошла прочь. Терпеть не могу людей, которые считают, что им позволено все. Иллюзий не питаю — кому-то и впрямь отсыпано больше прав. В силу внешних и внутренних данных, состояния счета, родословной. Это естественно. Но никому не позволено манипулировать моими человеческими порывами! Ведь я их пожалела тогда! Я плакала, когда узнала об их гибели, я искренне горевала, что больше никогда не увижу этих негодяек, а потом так же искренне радовалась, что они уцелели. Эх, пораскинуть бы мне мозгами чуть раньше! Но всю свою жизнь я иду на поводу у эмоций, включая рассудок лишь тогда, когда мало что уже можно поправить.
— Подождите, — тронула меня за плечо Мария, — подождите, пожалуйста. Дело в том, что нам очень нужны деньги.
— Ловко вам удалось все провернуть.
— О чем вы?
— Не знаете? Да? Смерть Федора вам удалось очень ловко обставить, но вот со всем остальным вы прокололись!
— Что за бред? Вы что, думаете, это мы его убили?..
— А кто? А? Международная мафия?
— Можно сказать и так.
— Что???
— Не кричите, пожалуйста. Если мы вызовем подозрения, у нас могут быть очень большие проблемы. А если нас, Настя, найдут, то смерть — это самое легкое, что может приключиться с нами. И с вами.
— Я тут ни при чем, не надо перекладывать с больной головы на здоровую.
— Можете думать, как вам угодно. Но поверьте — достанут и вас. Бросьте обижаться! Мы готовы быть с вами откровенными.
— Ну конечно! — Я криво улыбнулась и пошла дальше.
— Настя, хорошо! Давайте так. Услуга за услугу. Вы нам поможете, а мы поможем вам. У вас ведь сейчас проблемы в семье?
Я задумалась… Они что, умеют читать мысли?
— По вашему лицу можно читать, как по открытой книге. К тому же за все наше путешествие ваш Леша ни разу вам не позвонил, а сейчас от вас разит долгим воздержанием. Все довольно просто. Давайте мы поможем вам решить эту проблему. Хотите?
— Хочу, — помимо своей воли сказала я.
— Тогда вернемся в курилку. Пожалуйста.
Как маленькая послушная девочка, я засеменила обратно. Я была старше этих вертихвосток почти в два раза, но они “сделали” меня, найдя единственную уязвимую точку.
— Мы вам расскажем…
И они рассказали. Лучше бы я все-таки не возвращалась. Ушла бы в буфет, в окружении добропорядочных граждан выпила бы чаю, съела бы булочку и сама решила проблемы с Лешкой. В любом случае я представляла, какую помощь могут предложить мне они. На это я была несогласна даже под угрозой провести остаток жизни в синих чулках. Было минутное помешательство, когда я подумала, что баба с возу — кобыле легче. Но довольно скоро в голове просветлело. За свое счастье, конечно, можно и нужно бороться, но далеко не все способы хороши. И мораль здесь ни при чем, просто терпеть не могу насилия ни в каком виде.
С самого детства Анна и Мария знали — прав сильный. И люди будут плясать под твою дудку, если ты сам уверен в своей правоте. Их уверенность родилась вместе с ними. Иначе и быть не могло. Едва ли не с младенческого возраста они всегда, везде и во всем были лучшими — самими красивыми, самыми умными, самыми здоровыми. Они обладали прекрасной памятью, физической ловкостью, необыкновенными способностями ко всему, чем бы ни занимались. Неприятности и опасности они чувствовали за версту и умели найти подход к любому — взрослому, ребенку, мужчине, женщине. В жизни им встретились лишь два человека, с которыми они не смогли управиться. Но об этом чуть позже.
