Сезон охоты на ведьм полностью

Нагнувшись, Вадим извлёк из-под сиденья тросомёт и положил ближе, чтоб не сплоховать при случае. (Об остальном арсенале старался не думать – и без него полно экстремистов.) Правда, Вадим плохо представлял, что станет делать с пойманными мясорубами. В зверинец, что ли, сдавать или отвозить куда подальше, в глухомань?

А что у них запасено, интересно? Пока Вадим разглядел лишь серые капюшоны, мелькающие за заборами или кустами. Сектанты то появлялись, то исчезали: не только из виду – из мысле-облака. Потом возникали в другом месте, с непонятной быстротой проскакивая большие отрезки, дразня новыми повадками. Тоже пересели на колёсники? Так ведь моторов не слышно. Что за фокусы, куда они проваливаются? И вообще ведут себя странно, будто завлекают. Не пора ли притормозить, пока не вошёл в раж? Охотничек из меня, надо признать… Сюда б крутарей!

Несмотря на расплывшееся мысле-облако, Вадим не заметил вблизи никого, пока «гром не грянул». Он даже смотрел в другую сторону и только краем глаза углядел тёмную массу, летящую на него с крыши обгорелой одноэтажки. Не успев испугаться, Вадим крутанул газовой рукоятью до упора, и вздыбившийся колёсник на предельном ускорении рванулся вперёд, стеная покрышками. По капоту скрежетнуло когтями, Вадим ощутил, как содрогнулась почва под ударом тяжёлых лап, – и тотчас зверь прыгнул вдогонку, вновь не достав едва-едва. Набирая скорость, он промчался за колёсником ещё сотню метров – хотя Вадим уже разогнался до полной, – затем резко скакнул в сторону и сгинул за забором. Мигом позже зачихал, закашлял старенький мотор – будто до сих пор его поддерживали лишь отчаянные понукания Вадима. Да, но раньше-то он не барахлил?

Сбавив обороты, Вадим устремился вслед чудищу мысле-облаком, но опять ничего не почувствовал. Насколько он разглядел, очертаниями и ухватками странный зверь походил на льва, однако в последнем прыжке вдруг напомнил громадного человека, перемахивающего препятствие, – к примеру, наподдал о верхушку забора совершенно так же. Но даже если это был не лев и не монстр, а какое-нибудь из подбугорных чудищ, всё-таки забредшее в город, – почему он не проявился в мысле-облаке?

Остановившись на безопасном удалении, Вадим сошёл с колёсника и осмотрел свежие царапины, оставленные вместо сувенира. Боже, ну и плуги!.. Опять на излёте его догнал страх, наполнив нутро дрожью: а если б Акела не промахнулся? Сейчас бы ошмётки «беспечного ездока» усеивали шоссе, и даже отскребать было б некому. Достойное завершение каскада авантюр.

«Граждане, а ведь это был Мститель! – внезапно понял Вадим. – Всё совпадает: размеры, повадки, следы когтей… Только я-то на кой ему сдался? До сих пор он жаловал лишь девиц. Наверно, и двигатель захлебнулся неспроста. Очень удобно на голой воле тормозить проходящий транспорт – помнится, подбугорный Хозяин и не такие номера откалывал. Правда, у того мысле-туча ощущалась за километр, а этого в упор не разглядишь – прямо невидимка! И всё равно фокус не сработал: „я в ответ на твой обман…“ Да, но мясорубы при чём? Они теперь у Мстителя кто: наводчики, загонщики, приманка?»

Закрыв глаза, Вадим попытался припомнить детали мелькнувшего кошмара («ночная кобыла», вот именно), но в сознании всплывали только грузные формы, смазанные невероятной быстротой. Вообще, это больше походило на смерч, случайно увязавшийся за колёсником, а уж что там Вадиму почудилось – его проблемы.

«Удачный выдался денёк! – уныло подумал он. – Начался с наезда, продолжился налётом, кончился наскоком… впрочем, ещё не кончился».

Однако дальше Вадим ехал без происшествий и домой вернулся как обещал – через час с небольшим. Подкатив ко входу, он заволок колёсник на прежнее место, снова подхватил тивишники под мышки и поднялся в квартиру. Рассевшись на постели, Кира с интересом наблюдала, как Вадим устанавливает приборы на тумбе, друг против друга, затем подключает к сети.

– А как насчёт антенн? – спросила девушка. – Сюда-то кабели не подведены.

– Не требуется, – откликнулся он, сбрасывая куртку. – Думаешь, я приволок их для развлекухи?

– Для обогрева, – предположила Кира, зябко ёжась.

Хмыкнув, Вадим присел на постель, и тотчас девушка прижалась к его спине, охватив тугими руками торс и стиснув коленями бёдра. Её близость не будоражила Вадима, как недавние касания Алисы, обжигавшие космической стужей. От Киры, наоборот, веяло теплом, и это было удовольствием иного порядка, почти мистическим. Последняя стариковская услада: прикорнуть на персях юной девы, понежиться вблизи горячих кровяных потоков.

– Ну, – предупредил Вадим, – готовься к худшему.

– К самому?

– Вообще, рисковые эксперименты лучше проводить в одиночку, – сказал он. – Однако сейчас требуется свидетель – вдруг у меня поехала крыша?

– А что здесь опасного?

– Может, и ничего, – пожал плечами Вадим. – Если б я всерьёз чего-нибудь страшился, сперва выставил бы отсюда тебя и Тима.

– А чего Тим? – вдруг отозвался тот, поднимая голову. – «Чуть что – сразу Косой, Косой!..»